Темный эльф

десять лет наедине с этим пурпурноглазым ребенком. Однако альтернатива — гнев Матроны Мэлис До’Урден — была еще хуже.

Альтон выплюнул еще один кусок паутины.

— Ты всего лишь ученик, — выдавил он. — Зачем ты…

— Убил его? — закончил Мазодж. — Да уж не для того, чтобы вызволить тебя — если ты на это надеялся.

Он плюнул на тело Безликого.

— Посмотри на меня. Я, принц шестого дома, служу уборщиком у этого проклятого…

— Хюн’етт, — понял Альтон. — Шестой Дом — Дом Хюн’етт.

Молодой дроу поднес палец к поджатым губам.

— Подожди, — заметил он, саркастически улыбаясь. — Как я понимаю, мы теперь — пятый дом, поскольку ДеВиры уничтожены.

— Нет еще! — прорычал Альтон.

— Одну секундочку, — заверил его Мазодж, прицеливаясь из арбалета.

Альтон совсем повис на паутине. Быть убитым преподавателем — уже достаточно плохо, но быть застреленным мальчишкой…

— Я думаю, мне надо сказать тебе спасибо, — сказал Мазодж. — Я долго собирался его убить.

— За что? — настаивал Альтон. — Ты осмелился бы убить преподавателя Сорсере только за то, что твоя семья отдала тебя к нему в услужение?

— Потому что он меня замучил своими выволочками! — крикнул Мазодж. — Я четыре года прислуживал этой заднице падальщика, как раб! Чистил его ботинки. Готовил мази для его отвратительного лица! Неужели недостаточно? Этому — да.

Он опять плюнул на труп и продолжал, обращаясь скорее к самому себе, а не к беспомощному студенту:

— Благородные, которые собираются поступать в Сорсере, но еще не достигли соответствующего возраста, могут практиковаться в качестве учеников.

— Конечно, — сказал Альтон. — Я сам практиковался под руководством…

— Он собирался вышвырнуть меня из Сорсере! — выкрикнул Мазодж, по-прежнему не обращая на Альтона внимания. — Он хотел насильно запихнуть меня в военную школу, в Мелее-Магтере. Военная школа! Мне всего через две недели исполнится двадцать пять!

Мазодж поднял взгляд, словно внезапно вспомнив, что он не один в комнате.

— Я знал, что мне придется его убить, — продолжал он, на этот раз обращаясь прямо к Альтону. — Затем появился ты, и все так удачно получилось. Студент и преподаватель убили друг друга в поединке? Такое случалось. Кто будет задумываться над этим? Так что, пожалуй, мне следует тебя поблагодарить, Альтон ДеВир из Дома, Не Заслуживающего Упоминания, — Мазодж низко поклонился ему. — Я хочу сказать, перед тем, как я тебя убью.

— Подожди! — крикнул Альтон. — Что тебе даст моя смерть?

— Алиби.

— Но у тебя есть алиби, и мы можем все устроить гораздо лучше!

— Объясни, — сказал Мазодж, который, надо признать, не торопился. Безликий был магом высокого уровня, так что паутина еще долго будет держать Альтона.

— Освободи меня, — серьезно сказал Альтон.

— Ты что же, действительно такой дурак, как говорил Безликий?

Aльтон стоически принял оскорбление: у мальчишки в руках был арбалет.

— Освободи меня, и я приму имя Безликого, — объяснил он. Смерть преподавателя вызовет подозрение, но если никто не будет знать, что преподаватель мертв…

— А с этим что делать? — спросил Мазодж, пиная труп.

— Сожги его, — сказал Альтон, который уже окончательно сформировал свой отчаянный план. — Пусть это будет Альтон ДеВир. Дома ДеВир больше нет, так что никто не спросит с Безликого за смерть Альтона.

Мазодж, казалось, отнесся к этой идее скептически.

— Безликий жил одиноко, — добавил Альтон. — А я почти окончил учебу; что же я, после тридцати лет учебы не смогу вести простые занятия?

— А я-то что получу?

Альтон сделал неловкое движение и почти полностью увяз в паутине. Ответ казался очевидным.

— Преподавателя Сорсере, которого сможешь звать своим учителем. Который сможет облегчить тебе годы учебы.

— И который выдаст меня при первом удобном случае, — хитро ухмыльнулся Мазодж.

— Чего ради? — возразил Альтон. — На меня обрушится гнев Дома Хюн’етт, пятого во всем городе, а ведь за мной-то дома не стоит? Нет, молодой Мазодж, я не так глуп, как говорил Безликий.

Мазодж, ковыряя длинным острым ногтем в зубах, призадумался над предложением Альтона. Союзник среди преподавателей Сорсере? Это обещало многое.

Затем к Мазоджу в голову пришла еще одна мысль, он открыл шкаф рядом с Альтоном и принялся копаться в содержимом. Альтон вздрогнул, услышав, как разбились несколько керамических и стеклянных сосудов; он подумал о ценных ингредиентах, и, может быть, даже готовых зельях, погубленных безалаберным учеником. Возможно, Мелее-Магтере действительно больше подошла бы этому юноше, подумал