Темный эльф

он. — Разве так давно?

— Ты должен вернуться домой, — сказала Матрона. — Твои комнаты пусты.

“Мои комнаты?”

Альтону стало совсем плохо.

СиНафей это заметила. Она нахмурилась и недобро прищурилась.

Альтон понял, что его сейчас разоблачат. Если Безликий был из Дома Хюн’етт, как ему обмануть Мать-Матрону Дома? Он огляделся, чтобы поискать путь к отступлению или хотя бы способ убить предателя-Мазоджа до того, как СиНафей убьет его.

Когда он повернулся к Матроне СиНафей, она уже шептала заклинание.

— Кто ты? — спросила она, когда заклинание закончилось и ее подозрения подтвердились. В ее голосе звучало скорее любопытство, чем тревога.

Выхода не было, а до Мазоджа добраться было никак нельзя: он стоял слишком близко к своей могущественной матери.

— Кто ты? — опять спросила СиНафей, снимая с пояса трехголовую плетку с ужасным болезнетворным ядом.

— Альтон, — пробормотал он. Он понял, что ее заклинание обнаружит малейшую ложь с его стороны. — Я Альтон ДеВир.

— ДеВир? — Матрона СиНафей, казалось, по меньшей мере заинтригована. — Из Дома ДеВир, погибшего много лет назад?

— Я единственный выживший, — признал Альтон.

— И ты убил Гелрооса — Гелрооса Хюн’етт — и занял место преподавателя Сорсере, — произнесла Матрона, и в ее голосе звучало рычание. Судьба настигла Альтона.

— Я убил Гелрооса, — прозвучал голос со стороны.

СиНафей и Альтон обернулись к Мазоджу. У него в руках опять был его любимый двуручный арбалет.

— Вот этим самым, — объяснил юный Хюн’етт. — В ту ночь, когда пал Дом ДеВир. Драка Гелрооса вот с этим послужила моим алиби. — Он указал на Альтона.

— Гелроос был твоим братом, — напомнила Мазоджу Матрона СиНафей.

— Проклятье его костям! — сплюнул Мазодж. — Четыре ужасных года я служил ему — как будто он Мать-Матрона! Он не хотел, чтобы я учился в Сорсере, он бы заставил меня поступить в Мелее-Магтере.

Матрона перевела взгляд с Мазоджа на Альтона и обратно на своего сына.

— И ты оставил его в живых, — задумчиво сказала она и улыбнулась. — Одним и тем же ходом ты убил врага и заключил союз с новым преподавателем.

— Как меня и учили, — сказал Мазодж сквозь зубы, не зная, что за этим последует — наказание или похвала.

— И ты был еще ребенком, — заметила СиНафей, внезапно вспомнив, сколько Мазоджу тогда было лет.

Мазодж молча принял похвалу.

Альтон нервно наблюдал за всем этим.

— Так что со мной будет? — крикнул он. — Моя жизнь кончена?

СиНафей обернулась.

— Твоя жизнь в качестве Альтона ДеВира закончилась, как я понимаю, в ту ночь, когда пал Дом ДеВир. Так что ты останешься Безликим, Гелроосом Хюн’еттом. Твои глаза в Академии будут полезны для меня: ты будешь присматривать и за моими врагами, и за моим сыном.

Альтон с трудом вздохнул. Неожиданно оказаться в союзе с одним из самых могущественных домов Мензоберранзана! В голове у него крутились всевозможные вопросы, но все оттеснил один — тот, что преследовал его почти двадцать лет.

Его приемная Мать-Матрона это заметила.

— Скажи, о чем ты думаешь, — потребовала она.

— Вы — высшая жрица Ллот, — сказал Альтон, отбросив всякую осторожность. — В вашей власти исполнить мое величайшее желание.

— Ты осмеливаешься просить об услуге? — крикнула Матрона СиНафей. Но лицо Альтона мучительно исказилось, и явная важность этой тайны заинтересовала Матрону. — Очень хорошо.

— Какой дом уничтожил мою семью? — прорычал Альтон. — Спросите у потустороннего мира, Матрона СиНафей, умоляю вас.

СиНафей прикинула, что может выйти из откровенного желания Альтона отомстить. “Еще одна выгода от принятия его в семью?” — подумала СиНафей.

— Я это уже знаю, — ответила она. — Возможно, когда ты докажешь свою небесполезность, я скажу…

— Нет! — крикнул Альтон. Он замолк на полуслове, поняв, что перебил Мать-Матрону, а за это преступление полагалась смерть.

СиНафей сдержала своей гнев.

— Должно быть, этот вопрос очень важен для тебя, если ты так глупо себя ведешь, — сказала она.

— Пожалуйста, — умолял Альтон. — Я должен знать. Убейте меня, если хотите, но сначала скажите мне, кто это был.

СиНафей понравилось его мужество. Эта мания была ей только выгодна.

— Дом До’Урден, — сказала она.

— До’Урден? — удивился Альтон. Он не думал, что дом такого невысокого ранга мог уничтожить Дом ДеВир.

— Ты не предпримешь ничего против них, — предупредила Матрона СиНафей. — А я прощу твою наглость — на этот раз. Ты теперь сын Дома Хюн’етт; никогда не забывай об этом и помни свое место!

На этом она остановилась. У того, кто сумел хранить свою тайну почти два