Темный эльф

Пауков совсем недавно (такое не раз бывало в ее королевстве), и Динин, просто осмотрев окрестности Дома ДеВир, понял, что обреченная семья даже не успела подготовить надлежащую защиту. В распоряжении дома ДеВир было около четырехсот солдат, многие из них женщины, но те, кого Динин заметил на страже на парапетах, выглядели нервозно и неуверенно.

Улыбка Динина стала шире, когда он вспомнил о своем собственном доме. Под мудрым руководством Матроны Мэлис мощь Дома До’Урден возрастает с каждым днем. Все три сестры Динина скоро станут высшими жрищами, его брат — могущественный маг, а дядя Закнафейн, лучший воин Мензоберранзана, неустанно тренирует триста солдат. Дом До’Урден — солидная сила. И Матрона Мэлис, в отличие от Жинафейи, в зените милости Ллот.

— Даермон На’шезбаернон, — выдохнул Динин древнее формальное наименование Дома До’Урден. — Девятый Дом Мензоберранзана!

Ему понравилось, как это звучит.

На другом конце города за серебристым сияющим балконом и аркой входа в западной стене пещеры на высоте двухсот футов собрались, чтобы обсудить последние детали предстоящей работы, правители Дома До’Урден. В дальнем конце небольшого зала сидела престарелая Матрона Мэлис с животом, раздувшимся в преддверии родов. По обе руки от нее на почетных местах сидели три ее дочери — Майя, Виерна и старшая, Бриза, недавно ставшая высшей жрицей Ллот. Майя и Виерна казались молодыми копиями своей матери, сильные, но стройные и обманчиво маленькие. А вот Бриза мало чем напоминала своих родичей. Она была крупной — по дровийским понятиям, огромной — с круглыми плечами и бедрами. Те, кто хорошо знал Бризу, считали, что ее размеры просто соответствуют ее темпераменту: только такое огромное тело могло вместить всю жестокость и весь гнев, свойственные молодой высшей жрице Дома До’Урден.

— Динин скоро вернется, — заметил Риззен, нынешний патрон семьи, — и скажет нам, настало ли время атаковать.

— Мы отправимся до того, как Нарбондель засияет утренним светом! — оборвала его Бриза глубоким, но острым, как бритва, голосом. Она криво улыбнулась матери, ища одобрения за то, что поставила мужчину на место.

— Ребенок родится сегодня ночью, — объяснила мужу Матрона Мэлис. — Мы выступим в любом случае, какие бы новости ни принес Динин.

— Это будет мальчик, — прорычала Бриза, не пытаясь скрыть своего разочарования, — третий живой сын Дома До’Урден.

— И его принесут в жертву Ллот, — ввернул Закнафейн, бывший патрон дома, занимавший теперь почетное положение Мастера Клинка Дома. Опытному воину-дроу, казалось, мысль о предстоящем жертвоприношении так же приятна, как и Налфейну, Старшему Сыну дома, стоявшему рядом с Заком. Налфейн был Старшим Сыном, и в иерархии Дома До’Урден он считался выше Динина.

— В соответствии с обычаем, — Бриза сердито взглянула на окружающих, и ее алые глаза прояснились. — В помощь нашей победе!

Риззен нерешительно переступил.

— Матрона Мэлис, — решился он, — вы хорошо знаете, какие сложности могут принести с собой роды. Может ли боль отвлечь вас…

— Ты осмеливаешься сомневаться в Матери-Матроне? — резко оборвала его Бриза, хватаясь за плетку со змеиными головами, так удобно примостившуюся — и шипящую — у нее на поясе. Матрона Мэлис остановила ее движением руки.

— Займись своим делом, — велела она Риззену. — О главном позаботятся женщины нашего Дома.

Риззен опять переступил и опустил взгляд.

Динин подошел к воротам замка До’Урден. Ворота были сделаны с помощью магии из адамантита, самого твердого металла в мире. Их украшала сотня статуй вооруженных пауков, покрытых смертоносными рунами и охранными знаками. Могучие ворота Дома До’Урден были предметом зависти многих дровийских домов, но Динин, только что рассматривавший роскошные дома в грибной роще, испытал при виде своего дома только разочарование. Простое здание, кое-где даже не украшено, стены вокруг двора тоже. Глаза радовал только мифрилово-адамантитовый балкон, тянущийся вдоль второго этажа. Балкон украшали тысячи статуэток, искусно гармонирующих между собой и производящих впечатление единого произведения искусства.

Дом До’Урден, в отличие от большинства домов в Мензоберранзане, не был сооружением из сталактитов и сталагмитов. Основной объем дома занимала пещера, и, хотя такая конструкция, несомненно, очень выгодна в случае обороны, Динин обнаружил, что он хотел бы для своего дома несколько большего внешнего великолепия.

Взволнованный солдат торопливо открыл дверь Младшему Сыну. Динин прошел мимо него, не удостоив приветствием, и пересек дворик,