Темный эльф

на стене Дриззт определил, что они зашли за пределы патрульного маршрута. Он специально отошел подальше от остальной группы — прямо сказать, совсем далеко. Дриззт был уверен, что в случае чего они с Гвенхвивар смогут позаботиться о себе. Но зато, когда остальных не было рядом, он мог расслабиться, отдохнуть и поразбираться в своих запутанных чувствах. Гвенхвивар, вроде бы не рассуждавшая и всегда доброжелательная, была для Дриззта великолепным собеседником.

— Я начинаю думать, а стоит ли все это хоть чего-нибудь, — прошептал Дриззт кошке. — Я не сомневаюсь в необходимости этих патрулей — только за эту неделю мы убили дюжину чудовищ, которые могли бы причинить городу большой ущерб — но зачем?

Он взглянул в круглые глаза пантеры и увидел там сочувствие. Видимо, кошка его как-то понимает.

— Может быть, я до сих пор сам не знаю, кто я такой, — размышлял Дриззт, — или кто такие дроу. Каждый раз, когда я нахожу ключ к истине, она ведет меня дальше по тропе, по которой я не решаюсь идти, к выводам, которые я не могу принять.

— Ты дроу, — прозвучало позади них. Дриззт резко повернулся и увидел в нескольких футах от себя мрачного озабоченного Динина.

— Гнумы от нас улизнули, — сказал Дриззт, пытаясь отвлечь внимание брата.

— Ты что, еще не понял, что значит быть дроу? — спросил Динин. — Ты еще не понял нашей истории и нашего будущего?

— Я знаю нашу историю, меня ей учили в Академии, — ответил Дриззт. — Это было первое, чему нас учили. А нашего будущего и уж тем более места, которое мы занимаем сейчас, я не знаю.

— Ты знаешь, что у нас есть враги, — заявил Динин.

— Везде враги, — ответил Дриззт, тяжело вздохнув. — Они таятся в каждой дыре Подземелий и все время ждут, когда мы потеряем бдительность. А мы ее никогда не потеряем, и наши враги падут под нашими ударами.

— Да, но наши истинные враги живут не в темных пещерах Подземелий, — сказал Динин и лукаво улыбнулся. — Их мир странен и жесток.

Дриззт знал, о ком говорит Динин, но подозревал, что брат что-то скрывает.

— Фэйери, — прошептал Дриззт, и это слово породило в нем бурю эмоций. Всю жизнь ему рассказывали о злых родичах, о том, как они загнали дроу в чрево мира. Вообще-то Дриззт не часто думал о них — ему и так было о чем думать, — но слово “фэйери” было для него литанией против всего, что он ненавидел. Если бы Дриззт мог в чем-нибудь обвинить эльфов поверхности — как вроде бы обвиняли их все дроу — он, возможно, увидел бы смысл в бытии своего народа. Разум велел Дриззту откинуть все эти легенды про войну с эльфами как еще одну каплю в бесконечном потоке лжи, но в сердце своем и в надеждах Дриззт отчаянно цеплялся за ненависть к фэйери.

Он опять взглянул на Динина.

— Фэйери, — сказал он опять, — каковы бы они ни были.

Динин усмехнулся в ответ на сарказм брата. Он уже начал привыкать.

— Они таковы, как тебе рассказывали, — заверил он Дриззта. — Они неспособны сделать что-либо осмысленное, их злоба превосходит всякое воображение; они — мучители нашего народа, изгнавшие нас много веков тому назад, те, кто заставил…

— Я знаю эти истории, — прервал его Дриззт, насторожившись, и оглянулся через плечо. — Если патрулирование закончено, давай вернемся к остальным и вообще поближе к городу. Здесь не место для дискуссий, тут слишком опасно.

Он поднялся на ноги и направился назад. Гвенхвивар пошла рядом с ним.

— Не так опасно, как там, куда я скоро тебя поведу, — ответил Динин с такой же лукавой улыбкой.

Дриззт остановился и с интересом посмотрел на него.

— Я думаю, тебе следует это знать, — поддразнивал его Динин. — Мы избраны, потому что мы — лучшая из патрульных групп, и в том, что нам была оказана эта честь, безусловно, твоя немалая заслуга.

— Избраны для чего?

— Через две недели мы покинем Мензоберранзан, — объяснил Динин. — Наш путь уведет нас из города на много дней и на много миль.

— Надолго? — спросил Дриззт, вдруг очень заинтересовавшийся сообщением брата.

— Две недели, возможно, три, — ответил Динин, — но дело стоит того. Мы, юный мой брат, отомстим самым ненавистным из наших врагов, мы нанесем славный удар во имя Королевы Пауков!

Дриззту показалось, что он понял, но как же самоуверенно звучали слова брата!

— Эльфы! — сиял Динин. — Мы избраны для налета на поверхность!

Дриззт, не уверенный в том, чем кончится эта миссия, отнесся к ней более сдержанно. Наконец-то он увидит эльфов поверхности у окажется лицом к лицу с истиной сердца и надежд своих. Но он не забыл, сколько разочарований ему уже пришлось пережить, и понимал, что правда об эльфах может принести ему примирение с этим темным миром, но может и отобрать кое-что более важное. Дриззт не знал, стоит ли ему радоваться.