Темный эльф

бесконечного пиршества Королевы Пауков.

— Как я на поверхности? — не мог не пробормотать Дриззт, и сарказм этих слов его немного успокоил.

Утешение, которое Дриззт получил от спасения жизни эльфийской девочки, казалось теперь таким крохотным по сравнению с ошеломляющим злом, причиненным налетчиками ее народу. Матрона Мэлис, его мать, с таким удовольствием слушала кровавый рассказ! Дриззт вспомнил ужас эльфийской девочки при виде мертвой матери. Пришел бы он или любой другой темный эльф в такое отчаяние при виде подобного зрелища? Да нет, наверно. Дриззт не любил Мэлис, а обыкновенные дроу в основном думали бы, как смерть матери скажется на их собственном положении.

Горевала бы Мэлис, если бы Дриззт или Динин погибли в налете? И опять Дриззт знал ответ. Все, о чем беспокоилась Мэлис — как этот налет повлияет на ее собственную власть и могущество. Она наслаждалась мыслью, что ее дети угодили ее злой богине.

Насколько милостива была бы Ллот к Дому До’Урден, знай она правду о действиях Дриззта? Дриззт не знал, насколько Королева Пауков была заинтересована в налете и заинтересована ли вообще. Ллот оставалась для него тайной, которую он не хотел узнавать. Прогневается ли она, если узнает правду о налете? Или если узнает, о чем он думает?

Дриззт вздрогнул, представив себе, какие наказания могли бы свалиться на его голову. Но он уже твердо решил, как поступать и что делать, а дальше — будь что будет. Через неделю он вернется в Дом До’Урден. И тогда он пойдет в тренировочный зал и встретится со своим старым учителем.

Через неделю он убьет Закнафейна.

Захваченный собственными мыслями, Закнафейн не слышал скрипа точильного камня.

Оружие надо было наточить идеально, без зубцов и выщербин. Злоба и гнев помешали бы столь тонкой работе.

Один верный удар, и Зак избавится от призрака своих неудач, опять спрячется в своих комнатах, в своем тайном мире. Один верный удар, и он сделает то, что должен был сделать десять лет назад.

— Если бы тогда у меня хватило сил, — вздохнул он. — От скольких страданий я освободил бы Дриззта? Сколько же боли пришлось ему перенести в Академии, что он так изменился?

Слова глухо прозвучали в пустой комнате. Это были всего лишь слова, бесполезные слова. Зак уже решил, что о Дриззте больше нечего жалеть. Дриззт — воин-дроу, и носит он этот титул вполне заслуженно.

У Закнафейна не было выбора. На этот раз он не имеет права остановить удар, если он хочет сохранить хотя бы претензии на ценность своего проклятого существования. Он должен убить Дриззта.
Глава двадцать вторая. Гнумы, злобные гнумы
В запутанном лабиринте Подземелий бесшумно скользят глубинные гнумы — свирфнеблины. Не добрые и не злые — и потому чужие в мире всепроникающего зла — глубинные гнумы выживают и процветают. Надменные воины, умелые в создании оружия и доспехов, а в подпевании песням камня — искуснее даже злых серых гномов, свирфнеблины продолжают добычу драгоценных камней и металлов, несмотря на опасности, поджидающие их на каждом шагу.

Когда в Блиндженстон — скопище туннелей и пещер, которое свирфнеблины называли своим городом — пришло сообщение, что в двадцати милях к востоку обнаружена богатая жила драгоценных камней — “как “токка”, каменный червь, прорыл,” — Бельвару Диссенгульпу пришлось соперничать с двенадцатью другими Старшими Шахтерами за право возглавить рудничную экспедицию. Бельвар знал, что — как прорыл каменный червь — если пройти сорок миль на восток, окажешься слишком близко к Мензоберранзану, а идти надо целую неделю и по враждебным территориям. Но страх не может пересилить любовь свирфнеблинов к драгоценным камням, а без риска в Подземельях все равно ни дня не проходит.

Когда Бельвар и сорок его шахтеров прибыли в маленькую пещеру, о которой сообщали разведчики, оказалось, что предварительные описания не преувеличены. Но Старший Шахтер сдержал восторги — он не забывал, что в каких-нибудь четырех-пяти милях от них находится город, в котором живут двадцать тысяч эльфов-дроу, самых страшных и ненавистных врагов свирфнеблинов.

Поэтому первым делом они подготовили туннели для бегства — извилистые туннели в три-четыре фута высотой. Гнум легко пройдет по такому туннелю, а дроу придется нелегко. Гнумы расставили в туннелях стенки, чтобы можно было прятаться от молний или огненных шаров.

А когда началась добыча камней, Бельвар все время держал на страже добрую треть своей команды и не выпускал из рук волшебный изумруд, который висел на цепочке у него на груди.

— Три патрульных группы, — заметил Дриззт, когда они с Динином прибыли