Темный эльф

чары, чтобы справиться с этим неожиданным противником. Рядом с Мазоджем крутилась Гвенхвивар. К разочарованию Дриззта, перепуганный волшебник пробормотал пару слов и сдался.

Дриззт потверже встал на ноги и присмотрелся к монстру, готовый в любую секунду отскочить назад. Нельзя было не почувствовать мощь этого существа — сырую силу земли, воплощенную в живых руках и ногах!

Элементаль замахнулся для удара. Огромная рука пронеслась у Дриззта над головой и врезалась в стену, превращая камни в пыль.

— Не давай ему ударить меня, — приказал себе Дриззт шепотом, больше похожим на вздох изумления. Когда элементаль отвел руку назад, Дриззт ткнул в нее скимитаром и отколол маленький кусочек — слегка поцарапал. Элементаль скорчил гримасу — видимо, зачарованное оружие Дриззта действительно могло ранить его.

А Мазодж, невидимый, наблюдал за этим зрелищем и готовил следующее заклинание, дожидаясь, пока противники ослабеют. Возможно, элементаль убьет Дриззта. Мазодж решительно пожал невидимыми плечами. Пусть гнумское колдовство сделает эту грязную работу за него.

Монстр замахнулся еще раз, и еще, а Дриззт пригнулся и метнулся между его столбообразными ногами. Элементаль топнул ногой и чуть не раздавил изворотливого дроу. По полу пещеры потянулись длинные трещины.

Дриззт в мгновение ока вскочил на ноги и принялся колотить элементаля скимитарами со спины. Монстр быстро развернулся, и Дриззту опять пришлось уворачиваться от чудовищного удара.

Звуки битвы отдалились. Гнумы — те, что были еще живы — бросились бежать, а воины-дроу отправились их преследовать, оставив Дриззта один на один с элементалем.

Чудовище опять топнуло ногой, и сотрясение чуть не сбило Дриззта с ног. А затем элементаль повалился вперед, на Дриззта, рассчитывая воспользоваться массой своего тела как оружием. И если бы Дриззт растерялся хоть на секунду или если бы его реакция была хотя бы чуть хуже, элементаль бы его раздавил. Но Дриззт ухитрился увернуться, и элементалю удалось только нанести ему скользящий удар рукой.

Дриззт подскочил от чудовищного удара, стены и потолок пещеры потрескались, на пол посыпались камни и щебень. Элементаль поднялся на ноги, Дриззт отскочил, ошеломленный превосходящей всякое воображение силой чудовища.

Он считал, что остался с элементалем один на один. Но внезапно в голову элементаля врезался разгоряченный взбешенный шар, по лицу монстра полоснули когти, оставляя глубокие царапины.

— Гвенхвивар! — хором закричали Дриззт и Мазодж, Дриззт в восторге от того, что нашелся союзник, а Мазодж в гневе: он-то рассчитывал в подходящий момент применить какое-нибудь боевое заклинание и добить Дриззта (и элементаля), но теперь не решался, опасаясь за свою драгоценную Гвенхвивар.

— Сделай что-нибудь, волшебник! — крикнул Дриззт, узнав голос Мазоджа.

Элементаль взревел от боли, и крик его был словно громыхание горного обвала. Не успел Дриззт прийти на помощь союзнице-кошке, как элементаль невообразимо быстро развернулся и вниз головой бросился на пол.

— Нет! — закричал Дриззт, поняв, что чудовище сейчас раздавит Гвенхвивар. А кошка и элементаль, вместо того, чтобы расплющиться, погрузились в камень!

Пурпурные языки волшебного огня обозначили фигурки гнумов, сделав их легкой целью для стрел и мечей. Гнумы отвечали своей магией, в основном иллюзионными трюками.

— Вот тут! — крикнул один солдат-дроу и врезался лицом в каменную стену там, где он только что видел вход в коридор.

Хотя гнумам и удалось своим колдовством слегка сбить темных эльфов с толку, все-таки Бельвар Диссенгульп тревожился. Его элеменаль, самое сильное волшебство и единственная надежда, что-то слишком долго разбирается с одним-единственным воином-дроу позади в главной пещере. Старший Шахтер хотел, чтобы, когда начнется главное сражение, его монстр был рядом. Он приказал своим построиться в плотные группы, надеясь, что они выдержат атаку дроу.

А когда на них напали воины-дроу, разобравшиеся с гнумскими хитростями, страх Бельвара сменился яростью. Он размахивал своей тяжелой киркой и мрачно улыбался, когда могучее оружие впивалось в дровийскую плоть.

Они отбросили всякую магию, все построения и тщательно подготовленные военные планы — все растворилось в дикой ярости боя. Ничто не имело значения, только бы ударить врага, только бы почувствовать, как кирка или клинок впиваются в плоть. Глубинные гнумы ненавидели дроу больше всего на свете, а для темного эльфа во всех Подземельях не было ничего приятнее, нежели разрубить свирфнеблина на мелкие кусочки.