Студент-филолог из нашего мира, волей судьбы и одной очаровательной богини попав в мир магический и поступив в академию магии, вовсе не собирается изменять своим старым привычкам и по-прежнему остается в каждой бочке затычкой, в каждой почке заточ & Ой, это немного из другой оперы. Но, как бы то ни было, Олег усиленно продолжает нарываться на неприятности & точнее, учитывая его магические силы, да и помощь постепенно подрастающего демона (тоже проблема, однако), нарываются его враги. Победы на дуэлях и слава уж-жасного некромансера кружат голову. И теперь очень трудно сохранить свою человечность.
Авторы: Глушановский Алексей Алексеевич
на свободу, разозленный демон, Олег представлял хорошо. Очень хорошо!
Он поспешил в таверну, надеясь остановить ритуал, если еще не поздно, или схватить Франко, и спешно смотаться, если ритуал призыва находится в той стадии, когда прерывание уже невозможно.
Однако когда Олег зашел в трактир, его изумлению не было предела. На полу таверны сверкала вычерченная по всем правилам магического искусства пентаграмма призыва. В ней скорчилась, спеленутая по рукам и ногам, подчиняющим заклятьем юная демонесса, в которой Олег с все возрастающим удивлением опознал вчерашнюю суккубу. Она, похоже, тоже узнала своего недавнего спасителя, поскольку в её обращенном на Олега взгляде мелькнули мольба и надежда.
Неподалеку, за столиком, развалился пьяный Франко, периодически поглядывая, то на действительно весьма интересные формы плененной суккубочки, то на отчаянно торгующуюся около пентаграммы парочку магов. В последнем случае в его взгляде мелькало плохо скрываемое презрение.
– О, Ариох, привет! – наконец заметил он Олега. Смотри, кого Стайн по пьяни вызвать ухитрился, – тут он кивнул на демонессу.
Олег непроизвольно кинул взгляд в ту же сторону, и случайно встретился глазами с плененной суккубой. Тотчас у него в голове раздался серебристый голосок: – Молю, помоги мне, высший! Я не хочу в рабство!
– А кто ж хочет? – усмехнулся Олег. – Как ты вновь попалась-то? Неужто после первого раза непонятно было, что если зов пульсирует, значит, зовут в пентаграмму?
– Да-а? Оттенки зова, только вы, высшие, и различаете. А что мне делать? Я думала, меня на любовь зовут… Обрадовалась. Мне подруги про человеческую любовь СТОЛЬКО рассказывали! Вот я и бросилась. Чтоб не опередили. Охота ведь любви попробовать. Свой лучший облик приняла! А он сразу «узду страсти» набросил… Даже не поцеловал, ни разу! – В виртуальном голоске демонессы звучали искренние обида и разочарование. – Помоги, а? Освободиться. Не заслуживают они моей любви. Пожа-алуйста!!! – Последнее слово суккубка протянула с такой наивной детской хитростью, что Олег не удержался от улыбки.
– Ладно, попробую, – ответил он, поворачиваясь к продолжавшему рассказ Франко.
– … тогда-то Рейну и стукнуло в голову: – В Валенсии нельзя иметь раба-человека, а вот насчет инферналов запретов нет. А ему давно уже приперло, все мечтает себе рабыню прикупить. Свободные-то девушки его за три версты обходят, и даже шлюхи избегают. Один запах изо рта чего стоит. Вот значит, когда мы сегодня в «Студиозусе» Стайна встретили, он к нему и пристал: – Мол, вызови ему суккубу да вызови! Плачу триста золотых! А Стайн, как напьется, так ему и сам черт не брат. Взял, и устроил вызов! И ведь вызвал! А как сообразил, что по пьянке уровень бакалавра потянул, так уперся, и ни в какую продавать не соглашается.
– Понятно… – протянул Олег. Действительно, в одном из спорщиков он опознал Рейна Кроаса, неудачливого водника, пытавшегося сторговать у него Вереену. Другой же, невысокий демонолог со значком второго курса по всей видимости, и был тем самым Стайном, что проводил вызов. План спасения суккубки сложился мгновенно.
– Приветствую вас, благородные лэры. – С такими словами он подошел к увлеченно спорящим магам. – Позвольте представиться, – обратился он к демонологу, – Меня зовут Ариох Бельский, некромант, первый курс.
– Очень приятно. – Его собеседник вежливо поклонился. Стайн Игори, демонолог, второй курс. Я видел ваше выступление на балу. Это было потрясающе! Скажите, как вам удалось подчинить высшую вампиршу? Она сейчас с вами? Вы не могли бы мне её представить?
– К сожалению, сейчас нет, но я думаю, она скоро подойдет, и я с радостью вас познакомлю.
При последней фразе Олега, Рейн начал медленно пятиться в сторону выхода. Как бы не замечая этого маневра. Олег повернулся в его сторону.
– Здравствуйте, лэр Кроас. Очень рад вас снова видеть. К сожалению, прошлый раз, когда моя рабыня приходила к вам в гости, вас не было дома. Но не волнуйтесь, я помню наш уговор. Если вы соблаговолите подождать еще минут пятнадцать, то она будет здесь, и непременно сопроводит вас до вашей спальни!
От такой перспективы Рейн вздрогнул, побледнел, и начал сбивчиво извиняться, упирая на то, что буквально вот сейчас вспомнил о совершенно неотложном деле, и потому должен немедленно бежать, не имея возможности задержаться ни на секунду; после чего действительно опрометью бросился в сторону выхода.
– Жаль, жаль, – произнес ему в спину Олег. – Ну, что ж, видимо не судьба. Встретитесь в следующий раз. – При этих словах удирающий Рейн вздрогнул, споткнулся, кубарем прокатился по затоптанному полу, и едва не снеся
