столь сладкая и сочная виара, основной элемент этого напитка — как Берилан заговорил:
— Тебе не показался странным этот Дарк?
— Они все странные. А этот изначально таковым был. Смотря о чём ты.
— Послушай, может, это прозвучит дико, но тебе не показалось, что Дарк слишком… хрупкий для…
— Феникса? Показалось. У меня на занятиях ещё не было случая переломов. А чтобы умудриться это сделать столь быстро и легко… К этому Дарку притронуться страшнее, чем к фарфоровой статуэтке, — раздражённо высказался Хисорен. Было видно, что подобная ситуация его сильно не устраивает. Как бы негативно он не относился к ученику, наносить лишние травмы и увечья феникс не любил. Впрочем, как и остальные наставники. Здоровые ученики много лучше воспринимают материал, чем те, которые отвлекаются на боль. — У меня единственный вопрос: отчего с ним так долго возились?
— Ты слышал, что мальчишка вытворил в лаборатории Карела?
— А кто об этом не слышал? — хмыкнул Хисорен, поигрывая опустевшим бокалом и искоса поглядывая на бутылку с вином, но без позволения хозяина не решаясь налить себе ещё.
— Так вот, приблизительно то же происходит со всеми направленными на него воздействиями: мальчонка поглощает их практически моментально. Это значит, что он высосал силы почти из целой группы, а толку было практически незаметно.
— Предлагаешь отстранить от занятий по боевым искусствам? Так проще сразу из Академии турнуть… Постой, — только сейчас понял Хисорен полномасштабность сказанного Бериланом. — Ты хочешь сказать, что и на твоих занятиях он…
— Да, я уже подал Варану прошение об отстранении Дарка до конца этого курса от моих занятий. Они для него просто-напросто бесполезны. Ему не нужны индивидуальные щиты, ведь он без вреда для себя поглощает всю направленную на него силу.
— Вот Джер! И что нам теперь с этим задохликом делать? Свалилась же на нас эта головоломка. Когда эта здыхля выучится, чувствую, за него в верхах перегрызутся. Но что нам делать до этого? Как ты выразился, он слишком хрупкий.
— Да, я так выразился. Но ты не дослушал до конца мою мысль, — нахмурился Берилан. Он замолчал на доли стигны, полностью уйдя в себя, потом вздрогнул, будто очнувшись, разлил вино по бокалам к вящему удовольствию приятеля и, вглядываясь в полупрозрачную жидкость, тихо спросил: — Хисорен, а у тебя не возникло ощущения, что с этим Дарком что-то не чисто? Знаешь, может это прозвучит нелепо, но мне на миг показалось, что Дарк — девчонка.
— Шутишь? — Хисорен даже вином поперхнулся от неожиданности. — Какого демона девчонка будет поступать в Академию, где учатся одни парни? Это настоящее самоубийство! — Видя, что Берилан только пожимает плечами, Хисорен всё больше распалялся: — Он здесь уже больше двух лун. И никто ничего не заподозрил? По-твоему, мы все здесь слепые и не можем отличить девчонку от мальчишки? И Дэривану тоже его чувства враз отказали?
— Не знаю, — растерялся Берилан. И вправду, лекаря никакой морок смутить не должен. Однако следует принять во внимание, что Дэриван не осматривал мальчонку полностью, удовольствовавшись поверхностным диагнозом одного из учеников- Но с другой стороны, Дарк никогда не ходит в душ с остальными, никто никогда не видел его голым. А про его маниакальную стеснительность я вообще молчу!
— Предлагаешь его раздеть, чтобы окончательно убедиться? Брось, ерунда это всё!
Берилан насупился, не желая так быстро расставаться со своей теорией. Хисорен залпом допил вино и поставил пустой бокал рядом с бутылкой на инкрустированный камнями деревянный столик, потом поднялся и направился к двери, бросив на ходу:
— Но я подумаю, что можно сделать, чтобы не изматывать Дэривана и его учеников каждодневным свиданием с нашим задохликом.
ХХХ
Мазь, выданная Безраком, оказалась настолько эффективной, что ночью после принятия душа я намазала ею почти всё тело. Она не только быстро снимала покраснения, залечивала порезы, синяки, гематомы, но и моментально приносила прохладу и убирала боль. Утром от россыпи синяков, расцвечивающих моё тело различными оттенками жёлтого, синего и фиолетово-чёрного не осталось и следов, а правая рука прекрасно слушалась. Даже не скажешь, что вчера я еле ноги передвигала, а на тренировке старалась особо не выкладываться. Мазь имела приятный золотистый цвет, была вязкой и липкой и обладала вкусным запахом горного мёда, смешанного с корицей. Однако у всего этого оказались не слишком приятные побочные эффекты.
В столовой я по привычке прошла мимо длинной очереди, но к раздаточному столу подойти не успела. Ко мне, как по мановению волшебной палочки, оборачивались головы стоящих
