чтобы перейти на другой материальный уровень и смыться отсюда.
Наконец меня грубо втолкнули в какой-то едва заметный закуток и заслонили единственный путь к отступлению.
Заговорил чёрноволосый феникс, который меня полдороги тянул за собой.
— Знаешь Брэдона? Он с курса омикрон.
Я отрицательно замотала головой. Никакого Брэдона я не знала, а про странное слово ‘омикрон’ вообще в первый раз слышала.
— Это парень с тёмно рыжими волосами, заплетёнными в странные косички. Он был одним из тех, кто к тебе направлялся, когда ты с бассейна сбежал.
Теперь я вспомнила. Точно, там был один такой, с дрэдами на голове и тонким шрамом на правой стороне лица от середины брови до уха. Но какое отношение имею я к этому парню?
— Так вот, — тем временем продолжал тёмный. — Он тобой заинтересовался. Он вообще интересуется всеми, у кого есть необычные способности. А у тебя их прямо-таки целая куча. Так вот, от тебя требуется встретиться с ним, неважно каким способом, и…
— Не собираюсь, — исподлобья глянула я на старших, одновременно отступая к стене позади себя. И тут же согнулась от сильного удара в солнечное сплетение, хотя никто из фениксов не пошевелился даже. Тёмный, как ни в чем не бывало, прокомментировал:
— Неправильный ответ, — после чего он продолжил неоконченную фразу: — …и отвлечь его хотя бы до конца дня. Задачу понял? — феникс вновь схватил меня за горловину майки и приподнял над полом, чтобы наши лица находились на одном уровне. Но я его не слушала, пытаясь разогнуться и вдохнуть. Парень встряхнул меня, как пыльный коврик, потом повернул, поставил на ноги и спиной к себе. Три чувствительных удара по спине напротив солнечного сплетения — и я смогла сделать вдох. Заметив улучшение, тёмный вновь схватил ворот майки и развернул меня к себе.
— Зачем вам это? — прохрипела я. Ворот больно врезался в горло, а живот нестерпимо болел. Хотя по сравнению с ощущениями, что мне довелось только что испытать, это просто цветочки. Внутренний голос презрительно прокомментировал:
‘Пресс качать надо!’
— Считай, что мы хотим сделать ему приятное. Кстати, почему ты общаешься со светлыми?
— Отпусти, — прохрипела я и тут же мешком упала на пол, закашлявшись. Фениксы терпеливо ждали ответа. Отвернувшись, я прохрипела: — Меня к ним поселили.
— Всё интереснее и интереснее. Ладно, мы тебя немножко проводим, чтобы ты не сбился ненароком с пути. И запомни, мелкий, в случае чего мы найдём способ достать тебя даже на светлом факультете. Итак, повтори, что ты должен сделать?
— Отвлечь Брэдона до конца дня, — скривившись, пробубнила я.
— Молодец, соображаешь в нужном направлении, — фамильярно потрепал меня за щеку старший, я отпрянула, а феникс ласково улыбаясь, но с нотками угрозы в голосе ещё раз предупредил: — И не вздумай мне сбежать.
Плетясь, как на собственные поминки, конвоируемая бдительными тёмными, я судорожно соображала, что же мне делать. Вновь попытаться стать призраком или попробовать воспользоваться силой страха. А вдруг и то и другое на них не подействует? Или ещё больше разозлит?
‘Лучше попробовать и точно знать, чем строить бессмысленные догадки’, — проворчал в мозгу уже знакомый голос.
А ты, собственно, кто? И почему разговариваешь со мной мысленно? — напряглась я.
‘Твоя шиза, — многообещающе произнёс невидимый собеседник. — Знаешь про такую вещь, как цепная реакция плетений?’
Нет, — растерялась я от откровения собеседника и незнакомых слов.
‘Вот уж где неуч. В общем, смысл такой: ты подготавливаешь плетение и доводишь его до последней ступени. Постоянно контролируя его, ты вплетаешь в структуру первого второе. Через мгновение после того, как оно сработает, самовольно достроится первое. Правда, не со всеми это работает… но в данном случае должно прокатить’.
Но это же не заклинания! Я ведь ничего не произношу, просто…
‘Вот балда! Откуда таких умников только берут? Представь, что через десять шагов ты перейдёшь на другой материальный уровень. Пошла!!’
Я вздрогнула от мысленного окрика и покорно начала концентрироваться. Каждый шаг, казалось, всё замедлялся. Когда осталось ровно половина расстояния, я вновь услышала свою ‘шизу’:
‘А теперь собери в себе весь страх, не забывая отсчитывать шаги, и на девятом выплесни его из себя’.
Я чуть не потеряла концентрацию от неожиданности, но всё же попыталась последовать слегка несвоевременной, на мой взгляд, инструкции.
Шесть, семь — страх и сила копятся где-то в груди, сплавляясь воедино. Меня начинает трясти. Восемь — я начинаю задыхаться, настолько огромной оказалась
