вызванная мною эмоция. Девять — кровь набатом стучит в голове. Мир замедлился до невероятности. Тело мне уже не принадлежит. Оно превратилось в заранее заведённый механизм, который самостоятельно сработает в определённый момент. Правая нога делает шаг, поднимается левая. Сейчас!
Я будто отпустила сжатую до максимума пружину, выплёскивая всю накопившуюся во мне силу, весь страх, и буквально проваливаюсь на другой уровень материализации. Тут же время возвращается в нормальное состояние. Но дорога уже свободна, и я со всех ног бегу вперёд.
‘Ничего так получилось, хотя и не в моих привычках бегать, как какой-либо вокан’.
Пробежав, наверно, больше полутора шаринов и давно уже перейдя на обычный материальный уровень, я остановилась и привалилась к стене, пытаясь перевести дух.
‘Слабачка, — прокомментировал голос. — Даже сбежать толком не сможешь при случае. А как посмотрю, ты любишь убегать от проблем’.
Не правда!
‘Правда, правда. Ты всегда только и делаешь, что убегаешь: от себя, от окружающих. А бегать толком не научилась. Так что ноги в руки и побежала дальше, полностью контролируя дыхание’.
Размечтался! — огрызнулась я, ничуть не удивлённая, что мой внутренний собеседник знает обо мне правду. — Мне сначала отдышаться надо.
‘Тебя, что, даже толком бегать здесь не научили?!’ — изумился голос.
Как видишь. Конечно, Хисорен заставляет нас совершать пробежки в начале каждого урока, но не скоростные же!
‘О-о, как всё запущенно. Ну и какой толк от того, что ты сможешь пробежать весь этаж, двигаясь, как замшелая каменюка? Если уж бегать, то никак не медленнее ветра. К тому же твоя единственная сила в гибкости и скорости. Ты никогда не станешь и вполовину такой сильной, как настоящие фениксы’.
Но почему? Так нечестно!
Похоже, моя вспышка негодования сильно позабавила шизу.
‘Ты девушка, они парни, фениксы. Их мышцы и кости выдерживают колоссальные нагрузки, способные убить почти любого. Хисорен с тобой чересчур возится, не желая ломать твои хрупкие косточки, но буквально через пару курсов начнётся силовой упор в подготовке. Ты тогда безнадёжно отстанешь. Хисорен ещё не разобрался в вашей разнице, поэтому и тренирует не скорость, а ловкость, силу и выносливость. Это хорошо, но не столь приоритетно. Запомни, как молитву: твои преимущества — это скорость, скорость, скорость, подвижность и ловкость. Они компенсируют твою слабость и заставят противников бить воздух. Так что вперед на пределе возможностей’.
Проникшись лекцией, я лишь горестно вздохнула и продолжила забег, мысленно обратившись к на диво умной и прагматичной ‘шизе’ с очередным вопросом, но мой собеседник только недовольно рявкнул на меня:
‘Контролируй дыхание и сердцебиение. Вдох-выдох, вдох-выдох. Не сбивайся с поставленного ритма! Считай, что за тобой гонится гореск. Хотя нет, он тебя в два прыжка нагонит. Ну хорошо, хиленький, раненный гореск на последнем издыхании’.
Так я и бежала, подгоняемая внутренним голосом, пока не запнулась и не растянулась на полу, больно ударившись коленями и ладонями.
‘Плохо, — прокомментировал мои действия собеседник. — Вставай и медленно иди вперёд. Дай телу успокоиться, выровняй дыхание. После скоростного забега вредно внезапно останавливаться’.
Я встала, морщась от боли, и неспешно направилась к своей комнате, стараясь выровнять дыхание. Благо, осталось уже недалеко.
‘Нужно браться за тебя всерьёз’.
Но я и так устаю, как лошадь! — искренне возмутилась я. После двух уроков в день с Хисореном я частенько едва до кровати доползала.
‘Из тебя можно выжать больше’.
Я не лимон, чтобы меня выжимать! — окрысилась я на подобный подход. Ноги дрожали от усталости, стёсанные ладони и колени болели. Но мой собеседник был непоколебим.
Зайдя в душ, я намочила одно из полотенец и прихватила его с собой. Несколько настораживало отсутствие учеников в коридорах.
‘Это потому, что сейчас время обеда’, — услужливо подсказал голос.
Я так и подпрыгнула.
Что?! Уже обед? Мне нужно срочно в столовую. Я тоже есть хочу.
‘Обойдёшься, тебе сейчас вредно есть’.
А мне всё равно! Я до вечера не дотерплю.
‘Неужели ты опять хочешь привлечь к себе излишнее внимание? — изменил тактику голос. — Ты считаешь, что у тебя мало проблем?’
Нет, конечно. Но и воздухом я питаться не собираюсь.
‘Какое-то время придётся. А там или твой знакомый принесёт, или вечером поешь’.
Можно попробовать призраком проскользнуть в столовую после обеда…
‘То есть, когда она с вашей стороны закрыта?’ — с
