объятьями. Магистрам Дэривану, Эларону, Бэтхару постоянно нужны помощники для подержания порядка. У того же Карела никогда не переводится работы. Я уже не говорю про Варана, Дива, Бариона, Банора и других. Поверь мне, если ты не хочешь быть загружен так, что даже на уроки не остаётся времени и сил, то настоятельно рекомендую приняться за свои скудные знания сейчас и не складывать себе погребальный костёр. Свободен.
— Спасибо.
Я медленно брела по коридорам, гадая, что же теперь делать. Обратиться к Дару? И это после того, как я вчера с ним поступила? Ну уж нет, обойдусь. Сидеть самой толку мало. Я и половины правил не пойму. Может…
‘И не мечтай! — моментально отозвался голос. — Я в языках ничего не понимаю’.
И что мне теперь делать? Неужели и вправду к Дару обращаться?
‘Чего плетёшься нога за ногу?’
У меня форточка. Так что нечего на меня нападать.
‘У тебя БЫЛА форточка. Сейчас тебя Хисорен ждёт’.
Вот блин, точно, — спохватилась я и поспешила в зал для тренировок.
‘Заодно можешь попросить его общаться с тобой только на этом амаорском. Это поможет тебе ориентироваться в его приказаниях на уроках’.
Точно! Ты гений.
‘Если по сравнению с тобой, то это даже оскорбительно’. — пренебрежительно фыркнула шиза в ответ на мою похвалу.
Через полчаса мне такая тактика уже не казалась гениальной. Хисорен вначале просто хмыкнул и пожал плечами, быстро переключившись на амаорский. Также быстро он сообразил, что я ни слова не понимаю из того, что он произносит. Наставник начал переводить мне основные команды, но я запуталась в обилии слов и постоянно делала не то, что надо, или застывала столбом, не в силах сообразить, что от меня требуется. А Хисорен всё больше выходил из себя.
— Holke — это прыгать, а не то, что ты пытаешься мне изобразить. Чего стоишь?.. Нет, onkua — это не приседания, а отжимания… Anuor tchuna означает, что нужно уклоняться, не сходя с места. Я тебе уже дважды говори это словосочетание, ещё столько же эти слова встречались по-отдельности.
К концу урока я была выжата не только физически, но и морально. Особенно меня задел презрительный взгляд Хисорена, когда я смогла воспроизвести правильно лишь четыре команды в конце урока, а большую часть не вспомнила даже с подсказками.
— Бездарь, — вынес вердикт наставник. — Полный.
‘И правда бездарь, — подержал его голос. — Я и то больше запомнил’.
К вечеру я сдалась и, отложив учебники амаорского, пошла искать Дара.
— Так значит, я тебе всё-таки понадобился?
Одногруппник в одиночестве сидел в своей комнате и готовился к следующему занятию по силовым щитам.
— Ты мне поможешь? — поинтересовалась я, упорно глядя в сторону.
— Так значит, меня можно презирать и обращаться, как с воканом, а потом как ни в чём не бывало ожидать от меня помощи?
— Прости, — выдохнула я, с силой сжимая кулаки.
— И ты надеешься каким-то жалким словом всё искупить? — голос Дара прямо-таки сочился презрением. Этого я уже выдержать не могла. Резко повернувшись, я бросила на прощание:
— И без тебя обойдусь.
Выскочив из комнаты, я тут же перешла на другой материальный уровень и побежала, не разбирая дороги.
Быстрее, быстрее, быстрее!
Мне хотелось освободиться от собственного тела, чтобы бежать ещё быстрее. Злые слёзы застилали глаза. Я неслась вперёд, даже не пытаясь проморгаться, чисто инстинктивно сворачивая иногда в ту или иную сторону.
Я ведь попросила прощения! Чего ему ещё от меня надо? Строит из себя тут обиженного. Подумаешь, в бассейн окунула! Так за дело ведь, а не просто так. Сам виноват.
Почувствовав лёгкую преграду, я затормозила. Смахнула с ресниц слёзы и огляделась. Зал, в котором я находилась, был раза в два меньше того, где я обычно занималась с наставником Хисореном. Два огонька освещали помещение. Один нервно метался возле стены справа от меня, а второй застыл над головой тёмного феникса, сосредоточенно создающего какое-то плетение. Вот с его рук сорвался небольшой красный шарик и устремился ко мне, но тут же погас, не долетев и половины расстояния.
— Что за Джер! — прорычал феникс, но тут же насторожился и подобрался. — Кто здесь?
Надо же, почувствовал, — вяло удивилась я. Не спуская глаз с феникса, я начала плавно обходить его, одновременно приближаясь. Зачем это надо было, я бы и сама не смогла ответить, но так было правильно. Мне нужно было подойти к этому парню.
Шаг, ещё один, ещё. На губах заиграла лёгкая предвкушающая улыбка, когда я заметила, что тёмный ещё сильнее напрягся. Ещё немного, ещё чуть-чуть…
Резкая боль на внешней стороне запястья
