А эти всё веселятся за мой счёт.
— А старший тебе скорее всего отомстить хотел за то, что ты его едва возможности обращаться не лишил.
— Зачем ты мне это всё рассказываешь? — с подозрением поинтересовалась я, выискивая двойное дно в столь необычном поведении.
— Ну-у, просто хочу, чтобы ты знал.
— И всё?
— Дарк, послушай. Я не требую от тебя многого. Просто хочу быть рядом и иметь хоть немного твоего доверия. А ты ощетинился, как кактус, и никого к себе не подпускаешь.
— А, может, мне никто и не нужен.
— Ты не выживешь здесь один.
— До сих пор выживал, — чуть более резко, чем следовало, ответила я.
— Это только начало пути. Потом будет намного хуже. Ты не можешь противостоять всей Академии.
Я чуть было не спросила: ‘Откуда ты знаешь о моих планах? Кто тебе рассказал?’, но сдержалась. Быть может, я его не так поняла, а после этого вопроса Дар точно будет в курсе о моих намерениях. Вместо этого я ограничилась расплывчатым:
— Кто знает.
— Послушай, Дарк. Не заходи слишком далеко. Ты уже многих настроил против себя. Ребятам и так не нравятся поблажки, которые дают тебе наставники.
— Ты считаешь, что мне делают поблажки? — удивилась я. Что-то не замечала пока таковых.
— Конечно. Твои ночные похождения до сих пор не пресекаются. Другой бы на твоём месте давным-давно сидел в карцере. Твои отношения с Хисореном и Дэриваном… По Академии уже такие сказки ходят, что уши вянут.
— Про Хисорена я тебе говорил. Да и ты сам видел, что мне не подходит ваша методика рукопашного боя. А что с магистром Дэриваном?
— Это правда, что ты у него ночуешь?
Я закашлялась, подавившись воздухом. Откуда они узнали?
— Может, мне окончательно на тёмный факультет перебраться? — спросила я у пустоты.
— А что ты там забыл?
— По идее, там сплетников и сказочников меньше.
— Оба факультета одинаковые. Запертые в четырёх стенах, ученики практически не имеют развлечений. Вот и зубоскалят на чужой счёт.
— Шикарно. А я, значит, основной объект зубоскальства?
— Сам виноват, что не такой, как все.
А если я физиологически не могу быть такой, как все?! — захотелось мне закричать, но я сдержалась. Не надо давать Дару лишних поводов для фантазий.
— Спасибо, что просветил. А теперь давай спать. У нас обоих завтра напряжённый день.
ХХХ
Чем ближе были экзамены, тем сильнее я сомневалась в словах Дэри. Ребята выкладывались по-полной. Если раньше спарринги проходили по-честному, то теперь в ход шли самые разнообразные хитрости и уловки. Лично у меня возникало такое чувство, будто от каждого из этих боёв зависит чья-то жизнь.
Я, было тешившая себя надеждой, что более-менее догнала группу, почувствовала, что вновь отстаю. Мне нужно было что-то поэффективнее бросков и подсечек, после которых соперники вставали и продолжали спарринг. А из большинства болевых захватов фениксы умудрялись вырываться, предпочитая вытерпеть краткую боль, чем долгое унижение. Я должна научиться сама наносить удары, а не только успешно их избегать. Но я не могла. Сама мысль, что я вновь почувствую эту адскую боль, останавливала мой кулак в сантиметрах от цели.
Я как-то спросила наставника Хисорена, что случилось с ребятами. Он серьёзно посмотрел на меня и грустно улыбнулся.
— Никто не хочет быть последним. Это тяжёлая ноша.
— А мне что делать? У меня в арсенале не так много болевых приёмов, и ребята научились их избегать.
— Я тебе покажу ещё несколько, но держи их в секрете до самого экзамена. Иначе у тебя не будет абсолютно никаких шансов.
Не будет шансов. Это прозвучало, как смертный приговор.
Но ведь раньше они у меня были! Раньше я могла одним ударом чуть ли не покалечить соперника. Что же происходит теперь?
‘В тех случаях происходило частичное слияние с твоим фениксом. Ты била не рукой, а донельзя сгустившейся аурой. Помнишь случай, когда тебя почувствовал Дэри? Он ориентировался именно на твою ауру, в неконтролируемом состоянии занимавшую довольно обширное пространство. От тебя до него было шагов как минимум двадцать. Ты представь, в какую силу превратится обыкновенный воздух, если его закачать с прямоугольника в двадцать шагов в маленький квадрат с половину твоего пальца? Это дикая энергия’.
Находящаяся со мной, но недоступная мне. Послушай, а что, если я попробую воспользоваться на экзамене этой силой?
‘Для начала, попробуй воспользоваться ею сейчас, раз так неймётся’, — хмыкнув, посоветовал голос.
Вняв совету, я приступила к тренировкам, чтобы иметь возможность на короткие мгновения слиться со своим
