они не позволяют твоему нервному и такому же, как и ты, трусливому зверю вырваться и перехватить власть над телом и разумом’.
Я насупилась, задетая не столько выговором голоса (в каком-то смысле, может, и заслуженного), сколько его нелестным мнением касательно меня и моего феникса. Продумывая, что бы такое язвительное сказать в ответ, я хлопнулась на кровать и в тот же момент услышала стук в дверь. Это оказался Барион.
— Дарк, я сожалею о том, что произошло на балу, — начал прямо с порога наставник. Увы, мы оказались неготовыми к произошедшему, и если бы ты сам не остановился, могла произойти настоящая катастрофа. Кстати, я хотел бы посмотреть проступившие знаки. Если ты не против, конечно.
‘Ещё один энтузиаст-исследователь, — проворчала шиза. — Как они меня достали!’
Я хотела уже объявить, что категорически против, но Барион, будто поняв это, добавил:
— К тому же. Если я пойму структуру, быть может, смогу немного нивелировать воздействие. Насколько я понял, они тебе доставляют определённые неудобства.
— Да, вы правы. Узловые элементы сильно давят и болят, — подтвердила я и с мученическим вздохом согласилась на осмотр. Впрочем, тот ничего толкового не дал. Несмотря на все своим познания, Барион так и не смог разобраться в навороченной структуре плетения, сказал лишь. Что знаки на моей коже являются частью обширной системы, выстроенной на астральном уровне.
— Не люблю расписываться в собственном бессилии, однако данное плетение настолько превосходит всё, что я когда-либо встречал, что я ничем тебе помочь не смогу, — посетовал наставник по истечении двух боёв. — Постарайся поспать. Кто знает. Может, эта структура вновь перейдёт в пассивную форму и перестанет тебя беспокоить.
Что ж, придётся надеяться хоть на это.
ХХХ
— Ну что? — Варан поднял голову от бумаг и посмотрел на вошедшего Бариона.
— Оказывается, ничего нового. Проявившиеся знаки на коже являются частью уже знакомой нам системы. Однако, сейчас она ещё больше усложнена. Осмысливая увиденное, могу лишь предположить, что нечто послужило спусковым крючком к активизации структуры, и именно она остановила Дарка в последний момент. Парнишка ведь выживет?
— Да, опасности для жизни уже нет, — подтвердил страж Академии. — Но что нам делать с Дарком? Его вчерашняя вспышка безумия и потеря контроля над фениксом лично меня очень сильно насторожила, наглядно доказав, что даже находясь поблизости, мы можем не успеть предотвратить катастрофу. Если Совет узнает, что мы возимся с настолько опасным учеником. Он потребует немедленной ликвидации. Джер! Я никогда даже не сталкивался с подобной мощью. А если учитывать и то, что нефизическое воздействие не оказывает на мальчишку особого влияния, то я даже не знаю, что мы можем ему противопоставить при следующей вспышке.
— Но и позволить его убить мы не имеем права, — возразил Дэриван. — Единственный кровник за последние сотни сианов. Мы просто не можем позволить себе его потерять!
— Но ведь именно кровники чаще всего сходят с ума, — мрачно напомнил Варан. — А с подобным потенциалом мальчишку можно назвать не иначе. Как ходячей катастрофой!
— Нет, Варан, ты не прав, — тихо возразил Берилан. — Если я правильно разобрался, то катастрофы не произойдёт. Структура, наложенная на Дарка, чужеродна ребёнку. Она как сеть, опутывающая его. И если я изначально ошибочно предполагал, что она имеет лишь защитные функции, так как не пропускает к мальчику энергию, поглощая её, то теперь я практически убеждён в другом. Защита от нефизического воздействия лишь побочный эффект. Основные силы сети направлены именно на подавление феникса Дарка. Тот, кто провёл инициацию ребёнка, предусмотрел возможные последствия этого действия и наложил ограничители на феникса.
— То есть Дарк может навсегда остаться с заточённым фениксом? — уточнил Варан, обдумывая подкинутую идею.
— Или же структура сама распадётся по достижении определённого возраста либо уровня навыков, — пожал плечами Барион. — В данном случае ничего нельзя утверждать с точностью, настолько сложна и непонятна структура.
— Однако мне не нравится сам настрой Дарка. Его даже не взволновал тот факт, что он едва не убил другого ученика.
— Быть может, если бы ребёнок не был столь занят собственным состоянием, он отреагировал бы по-иному. Насколько я понял, эта сеть доставляет ему сильную боль.
— Что ж, ты прав. Но и брать мальчишку на полигоны, где нет восстановителей и риск смерти много выше, чем здесь, нерационально и безответственно. Я подумаю, что можно предпринять. А сейчас идите-ка отдыхать. Завтра утром выдвигаемся, к какому бы решению
