жизни и смерти.
— Вот он.
Я подскочила и нервно огляделась, сообразив, что незаметно уснула. Прямо передо мной стоял светловолосый мальчик с огромными глазами полуденного знойного неба. Ни у кого я раньше не видела таких бледно-голубых, почти белых глаз. Рядом с ним вырисовался давешний учитель и мягко упрекнул меня:
— И чего ты убежал?
— Вы меня не будете ругать? — удивилась я.
— Пошли, — учитель взял меня за руку и потянул к выходу. Я не сопротивлялась. Совсем рядом шагал мальчик со странными глазами. Я исподволь его рассматривала. Он был старше меня где-то на год. С необычными короткими волосами, цвет которых мне напоминал луну в Сумеречном Городе, правильными чертами лица… типичный ученик Академии. И лишь я своими чёрными волосами и непритязательной внешностью выбивалась из общей массы.
— Куда мы идём? — решилась, наконец, спросить я.
— Сейчас увидишь. — Я занервничала от подобного ответа, и учитель, моментально уловив моё состояние, пояснил: — Мы решим, куда тебя определить с твоими необычными способностями.
Шли мы недолго и вскоре остановились перед невзрачной дверью, ничем не отличающейся от других. Учитель открыл её и подтолкнул меня внутрь. Я сделала по инерции пару шагов и застыла: в относительно небольшой комнате уместилось около трёх десятков мужчин. А среди них наставник Варен и рыжий руководитель лаборатории.
Все они были довольно молоды, но тогда казались мне устрашающе взрослыми. Как я впоследствии узнала, наставниками Академии становятся фениксы от девяноста до ста пятидесяти сианов. Больше тридцати сианов преподавания выдерживали единицы. Слишком жёстким был график работы. Главное правило — никто не покидает стен Академии, за исключением кратких каникул, длящихся полторы-три луны — касается как учеников, так и наставников. Да и каникулы существуют лишь на первых трёх курсах обучения, затем всё это время посвящается практике.
Академия — самое закрытое заведение, которое только можно себе представить. Даже монастыри сарсов в сравнении с нею кажутся проходным двором. Если ты начал обучение в Академии, то у тебя, в общем-то, только два выхода: в одну из команд фениксов, которые обеспечивают порядок на всей территории обширных Империй, или на кремацию, так как в Городе нет ни одного кладбища (слишком дорогая здесь земля, чтобы ею так бесхозно распоряжаться). В принципе, отчислить тоже могут, но таких случаев всего несколько на всю историю данного заведения.
В последние сианов четыреста-пятьсот смертность среди учеников сильно снизилась в связи с развитием технического прогресса и медицины в частности, и составляла теперь десять-восемнадцать процентов учащихся. Это не так уж утешительно, если учесть что каждый поток насчитывает от тридцати до пятидесяти фениксов.
При моём появлении все разговоры смолкли, и я оказалась в центре внимания. Сразу же захотелось очутиться где-нибудь подальше или, на худой конец, провалиться сквозь пол.
— Варен, ты где это чудо выкопал? И с чего решил, что ему стоит учиться в Академии?
Я вскинула голову, пытаясь понять, кто это сказал, но на всех устремлённых ко мне лицах были написаны пренебрежение, скептицизм, лёгкое недоумение и холодная отстранённость. Пальцы нервно пробежались по краю великоватой для меня рубашки (каюсь, взяла чуть на вырост), а глаза вновь уткнулись в пол. С каждым мгновением я всё сильнее нервничала и ничего не могла с собой поделать.
— А что, не нравится? Видишь, какой красавчик? — раздался слегка насмешливый голос наставника Варена. — Будет тебе материал для изучения. Вон, даже Барион морщиться начал.
— И что ты предлагаешь с ним делать? Я даже не представляю, к какому направлению относится его способность, — отозвался всё тот же чёрноволосый наставник с разными глазами, который заговорил первым.
— Должен вас обрадовать, что она у него не единственная, — поддержал Варена феникс, что привёл меня сюда. Он уже присоединился к группе преподавателей за столом.
— Ну что ж, Див, порази нас своими познаниями, — обратился к нему черноволосый.
— Ничем я не собираюсь вас удивлять. Но это правда, что мальчик необычен… весьма необычен, — Див сказал последние слова много медленнее предыдущих и добавил: — Мэриот, встряхни нашего новичка, а то он вновь пропал.
Меня встряхнули за плечо, и я резко вскинула голову, краем глаза отметив, что светлоглазый мальчик поспешил отступить от меня.
— Да уж, поистине необычно. В подобном возрасте… — отозвался всё тот же тёмноволосый и тут же обратился ко мне: — Слышь, мелкий, убери свою пугалку и перестань исчезать. Впечатлил, а теперь…
— Но
