— Так, может, всё-таки?..
— Нет. Здесь проблема точно не в этом.
— Ладно. Как знаешь. Завтрак и обед я тебе принёс. И только попробуй мне встать.
— Как скажете. Но можно мне хоть книгу почитать? А то я взвою здесь от безделья.
Немного поворчав, магистр исполнил мою просьбу и отправился на зачёт. Устроившись поудобнее, я принялась за чтение. И тут же недовольно скривилась. ‘История Города’ на амаорском. Как жаль, что магистр Дэриван не додумался приложить к ней словаря. Книга должна быть довольно интересной, но я мало что в ней пойму, уж больно красочны и витиеваты всевозможные описания.
И почему бы всем не пользоваться русским, то бишь фениорским языком? Зачем засорять голову всякой ерундой?
Вскоре мне надоело гадать над смыслом тех или иных слов. Прикрыв глаза, я потянулась к своему фениксу. Он явно радовался моему вниманию, даже ворчал от удовольствия. Частичное слияние, как обычно произошло незаметно. Просто я отметила, что смотрю наполовину внутрь себя, а наполовину в книгу, ощущаю феникса рядом с собой и тишину комнаты. Больше я не смотрела бездумно в книгу, а понимала почти все слова. Но стоило мне сконцентрироваться, как лоб обожгла печать. Феникс обиженно забился в клетке, а я, стиснув зубы, пыталась утишить боль. Похоже, частичное слияние тоже контролируется печатями. Так что с данным способом сдачи языков могут возникнуть проблемы.
Когда появился после уроков Дар, я, не поднимая головы от книги, поинтересовалась на амаорском:
— Что нового?
Если одногруппник и удивился, то вида не показал. Присев на край узкой кровати, светлый по-амаорски поведал о занятиях и заданиях, потом поинтересовался моим состоянием.
— Обезболивающее магистра Дэривана хорошо действует. Единственное, что надоело сидеть без дела. А ты, как понимаю, не удосужился спросить разрешения, прежде чем наведаться ко мне?
Дар смутился и пробормотал нечто нечленораздельное, а я похвасталась:
— Кажется, я сдам языки намного лучше, чем от меня ожидают.
Вскинув на светлого глаза, я улыбнулась. Одногруппник моментально оказался шагах в четырёх от кушетки, напряжённо замерев в оборонительной позиции.
— Не напрягайся ты так, — посоветовала я, широко ухмыляясь. — Не наброшусь. Просто он, оказывается, владеет языками много лучше, нежели я, а главное…
Я резко оборвала фразу и, зашипела, схватилась за вспыхнувший болью лоб. Когда же пришла в себя, то увидела буквально в локте обеспокоенного Дара и улыбнулась.
— Всё нормально, главное уложиться в две стигны и не нервничать.
— Что это было? Ты буквально вспыхнул весь. И твои глаза тогда…
— Частичное слияние с фениксом. А эти штукенции, — я осторожно потрогала медленно исчезающий на лбу знак, — своеобразный барьер, чтобы он не натворил дел.
— Это кто-то из наставников наложил?
— Насколько я знаю, нет. А то бы обязательно поинтересовался их системой работы: иногда сразу обрезает, а иногда нет. Ты не беспокойся. При частичном слиянии никаких неожиданностей быть не должно. А полного не получится из-за этих штук.
— Ты бы поосторожнее. Тем более, что не знаешь толком, как оно работает, — посоветовал одногруппник. Но я только отмахнулась от его предостережений. Уж больно заманчивы были открывающиеся перспективы.
ХХХ
Череда таких похожих друг на друга дней слилась в один нескончаемый. Я по-максимуму урезала свой сон, зато начала присутствовать во время тренировок остальной группы, внимательно наблюдала за ребятами, запоминая, просчитывая их ритм движений. Затем шли уроки, занятия с Даром и снова уроки. Одногруппник уже приспособился к моей технике ведения боя, но скорость его движений всё же была несколько ниже, поэтому шесть спаррингов из десяти были за мной. А остальным в группе Дар почти никогда не проигрывает. Пробежки мы теперь делаем совместные, растяжки тоже, но до моего уровня одногруппник всё равно не дотягивает. И почему-то мне кажется, что это его сильно задевает.
До первого экзамена осталось четыре дня. Последние занятия уже послезавтра. Но я не думала ни об этом, ни об экзаменах по языкам, истории и расоведению. Все мои помыслы были направлены на самый последний, на самый важный для меня — рукопашный бой. На нём нельзя пользоваться метательными иглами, чем я неоднократно грешила во время занятий с Даром. Но я справлюсь с одногруппниками и без них. Приёмы Дара я знаю, остальных тоже изучила неплохо, так что, скорее всего, я буду первой.
‘Не слишком задирай нос. Спорим, что на потоке ты выйдешь не выше седьмого места? Даже восьмого’.
А я говорю, что не ниже третьего, — нахмурилась я, обиженная
