столь низкой оценкой моих способностей.
‘На потоке тридцать шесть фениксов’.
И я буду третьей!
‘Не забывай, что учитываются все оценки, а не только этот экзамен’.
Я уверена в своих силах.
‘Спорим, что твоё место будет восьмым?’ — не отставал голос. Я тоже всерьёз загорелась:
Спорим, что не ниже третьего?
‘На желание’.
На желание!
— Послушай, Дарк.
Я отвлеклась от пререканий с внутренним голосом и глянула на подошедшего к моему столу Дара. Остальные ребята спешно покидали кабинет. Как-никак закончился последний урок. Наставник уже ушёл. Пора и мне собираться, а не витать в облаках.
— Дарк, ответь мне на один вопрос. Только честно.
— Постараюсь. А что у тебя за вопросы такие? ‘Честно!’
— Ну-у, просто так, — смутился одногруппник. — Дарк, а у тебя никаких татуировок на теле нет?
— А должны быть? — удивилась я столь нестандартному вопросу.
— Так нет? — напирал одногруппник.
— Если не считать за татуировки печати, то нет. Почему это тебя вообще интересует?
— Да так, просто показалось.
Мне послышалось, или в его голосе и вправду прозвучало облегчение? Но спросить я не успела. Дар сразу же перевёл разговор на экзамены и методы подготовки к ним, а потом я позабыла об этом инциденте. И только вечером голос завёл о нём речь.
‘Знаешь, он тогда специально так сделал’.
Кто что сделал? — не поняла я.
‘Дар, говорю, специально тебе ногу повредил на тренировке. Мне уже тогда его наигранное поведение не понравилось. Уж больно настырно он предлагал свою помощь’.
У тебя уже паранойя развивается, — небрежно отмахнулась я от его догадок.
‘У меня нет паранойи, а татуировка, клеймо розы, у тебя точно есть’, — зло огрызнулся голос, всерьёз задетый моим замечанием.
Я замерла. У меня же нет никаких знаков на коже. Тем более, напоминающих розы.
‘Она скрыта качественной иллюзией, поэтому даже ты о ней не догадывалась. Тебе её поставили после эксперимента с фениксом’.
Но откуда ты это знаешь?
‘От верблюда. Я завёл этот разговор не для того, чтобы ты задавала глупые вопросы, а чтобы знала, как реагировать в случае чего. Есть разные типы роз. Красные ставят продающимся за деньги, зелёные — рабам, чёрные убийцам с таким хвостом, что ничего, кроме смертной казни им не грозит’.
А у меня какая? — робко поинтересовалась я, растерявшаяся от подобной новости. Честно сказать, ни одна из перечисленных перспектив меня не устраивала.
‘Тёмно-синяя. И не перебивай меня, — раздражённо рявкнул голос. — Есть специальные приборы, при приближении к которым ты будешь чувствовать боль. Тебе ни в коем случае нельзя её показывать. Понятно? Пусть она тебя на куски разрывает, но другие не должны догадываться ни о чём. Всё ясно?’
Но почему?
‘Вылетишь из Академии стопроцентно. А про дальнейшую твою судьбу я лучше умолчу’.
А эту татуировку точно никто не может увидеть? — всерьёз обеспокоилась я. Как-никак покидать Академию только из-за того. Что какие-то недоумки поставили мне непонятный знак, желания не было абсолютно.
‘Пока она скрыта иллюзией — нет. И закроем эту тему’.
Но как я узнаю, что боль именно от татуировки?
‘Вряд ли это можно спутать с чем-либо другим. Такое ощущение, будто тебе в плечо раскалённый прут воткнули’.
А с чего это Дар решил, что у меня есть подобная татуировка? — переменила я тему, услышав знакомые жаркие нотки в голосе. Если умудрюсь разозлить свою шизу, то она долго не будет со мной общаться, а мне сейчас нужно понять ситуацию, в которой я оказалась.
‘Подтолкнули, наверно. Сам бы он ни в жизни до подобного не додумался’.
Но он же видел меня без майки. И другие одногруппники тоже.
‘Иногда клеймо ставят на бедро. Обычно, это красная роза’, — явно теряя терпение пояснил голос.
Интересно, как бы Дар отреагировал, узнай он, что у меня всё-таки имеется подобная татуировка? Перестал бы общаться или сдал наставникам?
Но голос замолк и больше из него не удалось вытянуть ни звука, несмотря на все мои старания. Тем не менее, меня сильно взволновал этот вопрос. Настолько, что, отчаявшись заснуть, я отправилась в комнату Дара.
Мальчишки уже, естественно спали, но меня это ничуть не смутило. Растормошив одногруппника, я сказала, что мне нужно с ним поговорить наедине.
— Что, прямо посреди ночи? — зевнул во весь рот Дар.
— Да. Прямо сейчас. Пошли в мою комнату.
Одногруппник немного поворчал, но всё же отправился следом за мной. Закрыв за нами дверь, я прислонилась к ней и включила свет.
— А теперь поясни,
