‘Ну, что я говорил? Нечего было задирать нос до потолка. Такс… моё желание… Ты только не бесись, а то я тебя знаю. Пошли лучше в комнату, там и скажу’.
Какую ты уже пакость задумал? — с нескрываемым отвращением поинтересовалась я. И так настроение на уровне канализации, а тут ещё и голос изгаляться будет, подтрунивая. Есть у него такая не слишком хорошая привычка: потыкать меня носом в очередную неудачу и подчеркнуть мою беспомощность. Как будто я без него не вижу своих просчётов.
‘Грандиозную. Но объявлю её только в твоей комнате’.
Так, может, мне там вообще не появляться?
‘Тогда я обязательно придумаю что-нибудь похуже’, — пригрозил голос.
После того, как он объявил своё желание, я до самого вечера валялась на кровати, не желая никого видеть. На Дара, заглянувшего в комнату, пригласить на посиделки, я чуть не наорала.
— Ты чего? — обомлел одногруппник, увидев столь неадекватную реакцию. — Всё же так хорошо сложилось. Ты неплохо выступил…
— Нет. Всё просто кошмарно, — проворчала я, пряча голову под свёрнутое валиком одеяло.
— Я не понимаю. За полкурса выйти на восьмое место — это просто великолепно.
— Но я рассчитывал на третье! — схватилась я за голову, вынырнув из-под импровизированной подушки. — И в результате проспорил желание.
— Кому? — удивился Дар.
— Себе, — буркнула я. — И нечего на меня смотреть, как на буйнопомешаного! Я не виноват, что у меня есть внутренний голос с собственным мнением на всё и характером. — Каким именно характером обладает мой внутренний собеседник, я не стала вдаваться, справедливо полагая, что после этого вполне могу испытать на себе все прелести общения с голосом в его самом худшем настроении.
— А-а, — облегчённо выдохнул светлый. — Наверно, это твой феникс.
— Может быть, — не стала спорить я. Дар удивлённо глянул на меня, но оставил свои мысли при себе. Вместо этого одногруппник поинтересовался:
— И что он от тебя хотел?
— Чтобы я завтра был девочкой в первой половине дня.
— Он, что, садист?
— Нет, он утверждает, что в противном случае я забьюсь в какой-нибудь угол, и день будет потерян. Он считает, что у меня должно быть раз-нос-то-рон-не-е образование! — с нескрываемой издёвкой повторила я слова своей шизы, стараясь скопировать её интонации.
— А ты знаешь, он прав, — чуть подумав, пришёл к выводу Дар. Я аж вспыхнула от злости.
— И ты туда же!
— Во время практики ты будешь вхож к высокопоставленным лицам. Не можешь же ты вести себя с ними, как деревенщина, не знающая с какого бока за нож держаться.
— Стерпят!
— Мы должны быть эталоном во всём, а не есть руками и молчать, как камень, когда о чём-либо спрашивают. Уроки этикета были на первых двух курсах, так что тебе придётся нагонять самостоятельно. Хочешь, помогу в этом?
— Обойдусь как-нибудь, — всё ещё в обиде на голос и светлого, озлобленно огрызнулась я. Видя моё состояние, Дар не решился настаивать:
— Как знаешь. Послезавтра начинается практика. Ты в нашей команде.
— В нашей — это с кем?
— Я, Мирэк, Дори, Райан и Мэвин.
— А по какому принципу составляют команды?
— Пока по желанию учеников, потом по способностям будут. Я тебя записал к нам.
— А спросить для начала не нужно было?
— Я тебя не нашёл, — широко улыбнулся Дар и направился к выходу. Уже у двери я его окликнула и, смотря в другую сторону, проворчала:
— Встретимся завтра перед завтраком у комнаты для девчонок. Ну, той, где они переодеваются для бала-маскарада.
— Как пожелаешь.
ХХХ
Моему появлению в ‘комнате девчонок’, как я её для себя окрестила, сильно удивились. Я тоже была поражена. Здесь находилось только восемь девчонок и несколько помощников немногим старше Дара.
— А чего так мало? — хмуро поинтересовалась я.
— Старшие давным-давно отпраздновали маскарад и уехали на практику. А ты помогать пришёл? — спросил один из тёмных ребят. Было видно, что они чувствуют себя не в своей тарелке, находясь здесь. Причём, как ‘девочки’, так и помощники. Естественно, настроения это мне не прибавило.
— Нет, одеваться.
Голосу приглянулось наглухо закрытое платье тёмно-серого цвета с узором из бледно-голубых, почти бесцветных топазов. Оно было с корсетом, застёгивающимся на спине, поэтому, чтобы полностью одеться, мне пришлось просить о помощи.
— Ты же хорошо выступил. Все были поражены. Тогда почему ты здесь? — поинтересовался тёмный, не слишком ловко зашнуровывая корсет.
— Проспорил.
— У тебя всё не так, как у нормальных фениксов, — хмыкнул парень.
— Это уж точно.
