Он считал себя циничным и опытным. Думал, что видит души людей насквозь. Темный инквизитор в Светлой академии магии. Что ему тут делать? Преподавать азы запретных дисциплин, следить за исполнением законов и магами… — так думал герой. Но у жизни иные планы. Он почти уверен, что впервые встретил ангела — прекрасную девушку с прекрасной душой. Но не ошибся ли? История про сильного мужчину, мальчишку изгоя и, конечно же, красавицу. Про бескорыстную любовь и капельку доброты, которая есть даже в темном чудовище.
Авторы: Алиса Ганова
Ивет. И вина Дэлинеи стала еще очевиднее. Но оставались важные мелочи, не разобравшись в которых, невозможно докопаться до истины.
«Откуда у нее запретные знания? Руна. Обряд… Нужно найти источник!» — решимость переполняла Айтена, и оттого он плохо спал. Зато от души отлегло: хотя бы Сидерик не запачкался в мерзости.
Утром искали травы, использованные в обряде.
— Есть два варианта: корень болотной крушпицы или заморские красные муравьи.
— Наверно, корень… — предположил Сидерик. — Иначе откуда столько заморских муравьев взять, если они заморские?
— Дорого, но в аптекарских лавках купить можно, — прокряхтел травник. И Митар подпрыгнул от озарения:
«Сонеза из аптекарской семьи!»
Выяснив, что за травы использовались в Лунских развалинах, поблагодарил всех за помощь и заторопился по делам. Если хорошо постарается — по подсказке найдет описание обряда. Благо, что знает его лунную дату, примерный состав порошка для начертания символов и смутный вид самого символа.
«Уже что-то, — утешал себя, готовясь перевернуть академическую библиотеку, а потом и инквизиторскую. — Эх, Вопет, рассказал бы раньше — не пришлось столько времени терять впустую!»
Он так погрузился в мысли, что не сразу обратил внимание на увязавшегося следом Сидерика.
— Марш на занятия! — рявкнул. Рука потянулась к шкирке любопытного студиоза, но, услышав слова Пакета, замер.
— Ивет… часто заходила ко мне…книги полистать… — печально гундел старик.
«В хранилище?!» — вежливая улыбка инквизитором превратилась в страшную ухмылку, и он процедил:
— Не лекции! Живо!
…В волнении перебирал в хранилище запрещенные книги. Согласно описи их должно быть двадцать восемь штук. Если Сонеза бродила без присмотра — вполне могла найти их.
Осмотрев фолианты, с облегчением выдохнул: почти все заперты на печати, открыть которые невозможно без согласия четырех деканов и ректора или инквизиторского доступа. Однако шесть книг оказались без запрета. Подобная небрежность недопустима, и с ней разберется позже. Сейчас же сосредоточился на поиске алого символа, походящего на круг.
Время шло, он перелистывал страницу за страницей. Не найдя, начинал листать вновь, но ничего подходящего так и не приметил. Уже отчаялся, что подсказка привела к тупику, что сведения о запретном колдовстве студиозы почерпнули где-то еще, как решил сверить количество книг с указанным количеством в описи. И изумился, обнаружив, что одной не хватает!
Пересчитал снова — тот же результат.
Дрожащими руками принялся раскладывать фолианты прямо на полу, ставить отметины в описи и, лишь вычислив ту самую, пропавшую, обессилено припал спиной к стеллажу.
«Магическая гримория (собрание заклинаний и подробные наставления) для исполнения запретных желаний».
«Кто бы сомневался! — захохотал. — Заманчивое название. Интересно, что же за тайное желание было у Сьезы, если решилась нарушить запрет? Неужели отверженная любовь?! Хотя, если взяла Сонеза, становится понятна причина их дружбы».
Он хохотал громче и громче, пока на его смех не примчался Пакет.
— Господин инквизитор! Господин инквизитор! Го… — запнулся на полуслове, увидел злые глаза Митара.
— А Сьези тоже любила читать? — с желчью процедил сквозь зубы.
— Нет, нет! Что вы! Редкое исключение для Сонезы!
Митар жадно глотнул воздух.
«Ну, что же ты, Дэя, соблазнилась!?» — закрыл глаза и попытался успокоиться, но сердце стучало, как загнанное.
— Где магическая гримория?
— Что? Какая? — переспросил библиотекарь, начиная пятиться.
— Запретная! — прорычал он и схватил старика за ворот сюртука. — Думаете, здесь проходной двор? Что самоуверенным студиозам можно шляться по рядам и выбирать фолианты по цвету обложки? Думаете: ограничения по курсам просто блажь?!
— Я… я… — блеял старик.
— На вашей совести смерть Сонезы, потому что, найдя гриморий по запретной магии, идиотка решилась использовать колдовские знания! И, кроме нее, еще несколько студиозов… — инквизитор шипел и встряхивал Пакета, позабыв, какой свирепый вид принимает в ярости. Одно дело твари, а другое — безалаберный старик, верящий в искреннюю любовь ушлой ученицы к книгам. Но до всего этого инквизитору не было дела, пока тот не схватился за сердце и не захрипел.
— Решил сдохнуть, лишь бы избежать ответа! — прорычал и, не разжимая пальцев, потащил Пакета к стойке. Хотел поймать первого попавшего под руку студиоза и отправить к лекарям, но спохватился, что туда и лежит его дорога, поэтому пошел сам.
Бросив Вевре, что библиотекарь помирает, влетел в лазарет. При виде
