Темный инквизитор для светлой академии

лекарь, — уточнил намеренно расплывчато, но заманчиво. Вдруг свезет, и Лужо заинтересуется нахальным дуралеем.
— Мать ти-ти! Зажрался! — хмыкнул крепыш Ноэн. — Вот ты кудреватый! И не красавец ведь! А первая кто?
— Тайна! Но кто косо глянет… — инквизитор стиснул кулак.
— Да за такую красоточку и по морде схлопотать не обидно, — широко улыбнулся Эсель, показывая зубы, понесшие потери в одной из былых драк.
— Так уделаю, что лекарь понадобится.
— Дворцовый? — захохотал Ноэн. — Эх, Эсель, не упусти!
— Именно, — по глазам Митара читалось, что в словах его лишь часть шутки, остальное — предупреждение.
— Не любит старик драчунов, — заметил крепыш серьезно. — Вышлет на болота на лунье, охота буянить враз пройдет. А если в зиму, так и по бабам станете более не ходоками — отмерзнет.
— Сурово у вас тут.
— Живем же… — Эслер склонил голову. — Уж вечер. Мы в «Теплую», пропустить по кружке, пойдешь? Или святоша?
— Я святоша — хоть куда, — усмехнулся Айтен с прищуром.
— Так и видать. Тут в двух шагах…
Митар не выспался, устал, но понимал: лучше пойти. А что подшучивают — сам хорош. Да и прежде тоже вдоволь поиздевался бы над таким бедолагой.
Пока шли, продолжали перекидываться шутками. Но «Теплая берлога» действительно оказалась рядом.
— Не очень-то богатая фантазия, — подметил, кивнув на вывеску.
— Ут и Дет — братья. Вот и вышло так.
— М-м, — протянул, входя вовнутрь.
Резкий запах мужских тел, вина, пива, жаренного лука окутал с порога, однако в холодном краю — теплое, шумное место пользовалось успехом. Почти все столы были заняты, но для них, коротконогий хозяин выгнал из-за грубо сколоченного стола нескольких типов, которые тут же пересели к другой компании.
На Митара смотрели во все глаза, придирчиво оценивали, однако же чувствовалось: его появление связывают с надеждами, хотя и побаиваются.
Бойкая подавальщица в переднике подала им кружки с вином, и Айтен принюхался.
— Нам не посмеют налить пойла. Чревато.
— Тем более видок у тебя злобный, — гоготнул десятник, вытирая рукой губы и бороду. — Но пей, пей, если чего, до казармы дотащим. Или в номер доставить. К даме?
— В номер.
— Повезло тебе, — крепыш подмигнул, — Эсель тоже в «Берлоге» стоит.
— Как мне повезло с соседом! — хмыкнул Митар.
— Не надейся, что буду таскать каждый раз! — пробурчал десятник.
— Как бы мне не пришлось таскать тебя каждую попойку. Или съеду, — не остался в долгу Айтен.
— К Мурате езжай! Дорого не возьмет, накормит и еще обогреет! — вояки дружно загоготали.
— Если только она такая же красоточка, — отшутился Митар.
— Плешка тараканья! Будь Мурата такой же красоточкой, я бы тебя к ней не подпустил!
— А я-то думаю, чего такие щедрые? Или решили инквизитора в деле испытать. Поди, безобразна, подобна ведьме, а?!
Шутка за шуткой — напряжение сходило. После первой кружки его приняли, после второй просили познакомить с такой же красоткой, но Митар отрезал:
— Мне так Мурату ведьму, а я вам — так красоточку? Ведьму лысую вам найду, чтобы от одного взгляда вставали… волосья на затылке!
Приятели хохотали, пили, а после с Эселем пошли обратно в гостиницу. Митар уже догадался, что бородач поселился рядом, чтобы сопровождать его и днем, и ночью.
— Красоточку ждешь на ночь?
— Красоточек надо всегда ждать, — поддел Митар десятника.
— И чего она нашла в тебе?
— Красоту, поди, разглядела.
Эслер ткнул локтем под бок.
— Плешка тараканья! Уже ждет! — и кивнул на свет в окне.
Сердце Айтена запрыгало от радости. Пытаясь сохранить степенность, поднялся по лестнице, шикнул на любопытного телохранителя, остановившегося у двери, и торопливо повернул ключ в замке. Однако, войдя, сразу же насторожился: в комнате пахло вином, и дух был явно не Дэйн. Чужой.
На столе стоял почти ополовиненный бутыль вина и фужер. Прошел вглубь комнаты, повернул голову и замер, не зная, как поступить.
На его постели лежала Лужо, с фужером в руках, игриво накручивала прядь на палец и улыбалась. А поскольку от выпитого вина ее клонило в сон, часто моргала. Благо, хоть в платье осталась.
— Магистр Лужо… — начал Айтен.
— Вилатта, — проворковала она заплетающимся языком.
— Не кажется ли вам, что вы ошиблись комнатой?
— Нет! — нетрезво качнула головой.
— А что переходите границы приличий?
— Я пер-шла некоторые пр-личия, потому что… — некоторые слова давались ей с трудом, — поняла: вы их не любите!
— Мадам, я уважаю вас, но прошу покинуть комнату, — почесал грудь, где некстати что-то жутко