Темный инквизитор для светлой академии

женских платья: теплых, добротных, но очень уж простых для графини и декана столичной академии.
— Ежели Вилатте не понравится, пусть голышом щеголяет, — хмыкнул хитрец и потер непривычно гладкий подбородок. — А со своей сами разбирайтесь. Что лучшего нашел — то и купил. Иначе заказывать и ждать почти седмицу.
Митар вздохнул, представляя, что скажет Дея на подобную «красоту». Но ведь когда-нибудь им предстояло выяснить — сможет ли она принять его, какой есть. Кроме того он не мог сосредоточиться на делах из-за опасения, что Дэя и Лужо вновь перейдут на ругань и наговорят новых гадостей, поэтому, выкроив четверть меры, поспешил в гостиницу.
К его удивлению в общей трапезной зале, за одним столом, в жутких, несоразмерных нарядах, скорее всего принадлежавших весьма объемной супруге хозяина, сидели Лужо и Сьези и о чем-то беседовали.
— Мы платья принесли. Не от столичной модистки, но получше этого, — произнес Митар, и Эсель зашикал:
— Тщ-щ! Услышит Сирель, что недовольны ее вкусом, запросто в тарелку плюнет. С нее станет. Склочная баба.
— Какой чудесный городишко, — скривила тонкие губы Лужо. — Чем вы, магистр, прогневили главу, что вас сослали в беспросветную глушь?
— В благодарность за успехи и неподкупность, — съязвил Айтен.
— Да-да, уже заметила… — светясь ехидством, Вилатта повернулась к Дэлинее, сидевшей смирно и не встревавшей в разговор. — Тогда считайте, что я пришла экзамен принять. Лично.
— И как, успешно? — приподнял бровь инквизитор.
— Недочеты и замечания есть, но в целом недурно.
— Знал, что ты, Вилатта, великодушная! — телохранитель положил шершавую, обветренную ладонь на ее хрупкое плечо. Целительница покраснела. — Айда по комнатам — наряды мерить.
Женщина гордо вскинула голову, скептично скривила губы, однако покладисто согласилась:
— Пойдем, — и, окинув инквизитора показательно пренебрежительным взглядом, подала руку его спутнику.
Когда они поднялись по лестнице и скрылись, Дэя со вздохом поведала:
— Скучно сидеть взаперти, — наклонилась ближе. — Да и от Сирели отбиваться вместе проще. Она косится на нас и бурчит про столичных распутниц. Смешно, но думает, что соблазнимся на нее коротышку. Лужо оскорбилась и… — заговорщицки зашептала на ухо: — чтобы показать толстухе пренебрежение, заявила, что твой спутник — мужчина ее мечты!
— Какая ветреная мадам! — деланно возмутился Айтен.
— Не смейся! Ты ей нравился, и она хотела извиниться перед тобой. А чтобы не нервничать, выпила успокоительного настоя. Потом, пока тебя ждала, выпила еще. А тут Сирель увидела приличную, состоятельную женщину в плохом настроении и предложила подать вина. Только забыла сказать, что оно с травами. Вот и вышел обратный результат. Мадам очень импульсивная, хотя кажется спокойной. А потом, нервничая, выпила лишнего… Потом явилась я и едва не выбила ей зуб.
— Да, дралась ты славно. Я очень польщен, что достался такой смелой воительнице, — тепло улыбнулся он и заправил ей за ушко выбившуюся прядку. — Неужели так любишь?
— Наверно. Еще не уверена, — задрала носик Дэя и посмотрела задорно.
— Не побрезгуешь наряд примерить?
Она коснулась его руки, он накрыл ее белые пальчики своей широкой ладонью, помог встать.
Митар прежде лишь раз видел Дэю одетой не в учебную форму. То платье было не самым роскошным, однако по сравнению с его нарядом, выглядело очень дорогим.
— Ну, как? — спросила она, поправляя юбку миленького, зеленого платья с яркими вставками, без изыска, и посмотрела на него смущенно. Зеркала в комнате не было.
— Тебе все к лицу. Невероятная красавица. Я за тебя должен драться, — он стушевался и опустил голову.
— Зато я экзамен сдала! — с улыбкой отшутилась Дэлинея, стараясь приободрить Айтена.
— По ратоборству? Знаешь, пожалуй, не отдам пока кольца. Ты дралась, еще не уверена в чувствах ко мне. Нет, такую забияку отпускать никак нельзя.
— Меня же в академии потеряют! — изобразила возмущение, в то время как глаза светилась от счастья.
— Тебе невероятно повезло, что декан постучалась в нашу дверь.
Они засмеялись.
— Но если будешь умницей, злой инквизитор Митар, колечко отдаст. Но насовсем не отпустит, — он наклонился и поцеловал в губы. — Даже не надейся.
Вдруг Дэя перестала улыбаться, нахмурилась.
— А я ведь готовить не умею, — помолчала и добавила. — И стираю плохо.
— Пф! — фыркнул он. — Напугала. Готовить научу, потому что не всегда буду рядом из-за разъездов. А стирать могу и сам. Или прачка. Не хочу, чтобы портила нежные ручки.
— Но ведь…
— Посмотрим, насколько задержусь