Темный странник

словно тиски сжимали челюсти разрубленной Кондором твари. Даже после смерти хватка насекомого была такой сильной, что Зоилу пришлось разломить один из желваков. Почувствовав свободу, Шарот с облегчением вздохнула, ощупала проходящий через всю шею кровоточащий рубец, после чего, неожиданно для самой себя смутившись, попыталась прикрыться остатками обугленного тряпья, свисающего с ее покрытого засохшей пеной тела. Как и Кондор, во время взрыва она практически полностью лишилась одежды и теперь, в окружении мужчин, испытывала легкую неловкость. Впрочем, пока мужчинам было не до нее.
– Что это такое было? – проговорил Кондор, растерянно оглядывая почерневшие остатки многоножек.
Ответ пришел с совершенно неожиданной стороны.
– Никогда не думали, наверное, что попадете под прямой удар «фиблоны»?
«Фиблона»! – Слово ядовитым потоком ударило по памяти Кондора, вызывая самые неприятные ассоциации. Боль, страдания, потери… Драконы, изрыгающие холодное пламя «фиблоны», были настоящие! Он видел их, действительно видел! И однажды, много лет назад, ему уже пришлось «искупаться» в холодном огне, глядя, как погибают рядом его друзья…
Кондор, как, впрочем, и остальные, обернулся на голос, чтобы увидеть стоящего рядом с открытым элларом человека, едва не убившего, но все же спасшего всех от неминуемой смерти. Незнакомец был высок, довольно хорошо сложен, коротко стрижен, слегка небрит и облачен в легкие доспехи странного серебристо-бурого цвета, оттенки которого непонятным образом постоянно ускользали от взгляда Странника. На поясе у человека висел длинный нож, а в руках он сжимал что-то многоствольное и громоздкое, в чем Шарот без особого труда узнала многофункциональную импульсную винтовку МИВ-99, используемую обычно специальными армейскими подразделениями.
– Ты едва не спалил нас, сволочь! – зло прошипела Шарот, забыв на мгновение о приличиях, как и о том, что именно выстрел незнакомца заставил многоножек бежать с поля боя.
– Мирт Ючино, специальный агент-ликвидатор Независимого энергетического конгломерата, – спокойно представился в ответ человек, игнорируя выпад девушки. – А вы?
– Шарот Хелко, баскоп, – нехотя отозвалась Шарот. – Там, в машине, – Миала Камилина. Местная. И Тимс Ватар, маркератор группы глубокого поиска ИФС. Эти двое – Кондор Артоволаз и Зоил Лоч. Они… Это долго, сложно и непонятно никому, включая их самих. В общем, они наши друзья.
– Ладно, разберемся. – Ликвидатор повел стволом винтовки в сторону тихо сидящего в сторонке Нохта. – ЭТО тоже?
– Тоже. Тронешь его и будешь иметь дело со мной, – твердо проговорил Кондор, испугавшись вдруг, что Мирт выстрелит в сибита. Но, похоже, ликвидатору было плевать на монстра. По всей видимости, он наблюдал бой с самого начала и видел, на чьей стороне сражался Нохт.
– Не напугал, – совершенно серьезно произнес Мирт и, сразу потеряв интерес к Кондору, переключился на Шарот: – Довольно пестрая у вас группа. Как вы здесь оказались и почему?
– Ну… оказались мы здесь по-разному, – хрипло ответила Шарот, которой по-прежнему было трудно говорить. – А вот сюда пришли с одной-единственной целью – поскорее убраться из этой проклятой параллели.
И тут Мирт Ючино невесело засмеялся.
– Это вряд ли, – проговорил он. – Это вряд ли.

Эллар был действительно большой. Значительно больше того, на котором Кондор, Зоил и Тимс прибыли в Лияр. Внутри было довольно просторно, здесь могли без особого труда разместиться двадцать человек. Сейчас в недрах трансмерного корабля расположились семеро. Нашлось место даже для Нохта. Едва передвигая конечности, он заполз в самый дальний угол эллара, где, свернувшись в клубок и мелко сотрясаясь всем телом, пытался справиться с последствиями того, что ему пришлось пережить. Он ни с кем не говорил и ничего не просил, и страшно было даже представить, какую боль испытывал сибит, полностью лишившись кожного покрова. Поразительно было уже то, что он жив. Возможно, ненадолго…
Миала сидела неподалеку, и было видно, как она боится и переживает за Нохта. Это было вполне естественно – если сибит умрет, она обречена на одиночество. В этом свихнувшемся мире у нее не осталось больше никого. Периодически она бросала злобные взгляды в сторону Мирта, но ничего не говорила. Без телепатии Нохта между ней и лиитанианами снова возник языковой барьер. Впрочем, все было понятно без лишних слов.
– Прощения просить не буду, вы все равно бы погибли, не накрой я вас «фиблоной», – произнес Мирт, открывая один из многочисленных контейнеров, стоящих