Тени огня. Трилогия

Или в этом доме дефицит половых тряпок?» Так нигде и не обнаружив собственный скудный гардеробчик, Мишка воспользовался чужими брюками и сорочкой, аккуратно сложенными на стоявшем рядом стуле. Одевшись, Сомов по старой привычке решил размять кости. Он так давно этим не занимался, что суставы начали издавать угрожающие звуки, напугавшие обитателей соседней комнаты. В дверь постучали, и на пороге появилась освободившая его от оков женщина. Сегодня она выглядела не столь воинственно.
– Проснулись? – спросила она.
– Да, – кивнул Михаил. – Вы меня извините, я тут чью-то одежду взял. Не смог отыскать свою.
– Это я прошу прощения, что не нашла для вас приличного костюма. А старую одежду пришлось выбросить. Она полностью износилась.
– Да, еще… Я тут случайно посуду разбил. Хотел напиться, но после вчерашнего руки даже стакана удержать не смогли.
– Стакан? Странно, в этой комнате не было… – Хозяйка на минуту задумалась. – Вспомнила! Это, наверное, ваш седой друг оставил. Он еще утром попросил воды.
«Какой заботливый! На него непохоже», – отметил про себя Сомов и спросил:
– Он сейчас где?
– Не знаю. После того как я принесла воду, больше вашего друга не видела.
– Его нет в доме? – Мишкино сказочное настроение моментально улетучилось.
– И во дворе тоже. Может, в деревню пошел?
– Сомневаюсь я. А рундайцы, которые нас принесли, здесь?
– Нет, еще вчера улетели.
Парень так расстроился, что не заметил стекло под ногами и наступил на осколок:
– Ой!
– Поранились? – забеспокоилась Тируна.
– Ничего страшного.
– Надо обработать рану. Сядьте. – Хозяйка энергично толкнула постояльца, чтобы он сел на кровать, и быстро вытащила осколок. Не тратя лишней секунды на поиски перевязочного материала, она разорвала простыню и обмотала ступню. – Ложитесь – и ни с места, пока я не уберу осколки.
Парень подчинился.
«Неужели Зерг меня бросил? Хотя чего еще ожидать от подлого мрага? Не убил спящего – и на том спасибо. Одно плохо: теперь надо добираться до Темьграда без его помощи. А это проблема. Хотя… Если Марита нашла путь, то я и подавно отыщу. Жаль только, времени потребуется гораздо больше».
– Прошу к столу. – Закончив с уборкой, женщина пригласила обедать.
Словно услыхав ее приглашение, в комнате появился посредник:
– Ну как наш больной?
– Только что проснулся. И сразу поранил ногу.
– Нога – пустяк. – Мишка поднялся и, слегка прихрамывая, направился в столовую. – Тут Зерг сбежал.
– А он тебе нужен? – Бородач интуитивно опасался мрага с того самого момента, как впервые его увидел.
– Мне необходимо срочно попасть в Темьград.
– За новым ошейником? – съязвил Кройц, усаживаясь за стол.
– Я серьезно. Там Марита. Поможешь?
– Легко сказать. Ты хоть знаешь, сколько денег мне задолжал? – Посредник решил немного отклониться от проблем своего клиента и напомнить о собственных.
– Я обязательно верну все до последней монетки.
– Когда?
– Не знаю, – честно сознался Сомов. – Но пока не отработаю, домой не вернусь. Обещаю.
– А меня по твоей милости скоро могут исключить из гильдии посредников. И чем я тогда буду семью кормить?
Мишка несказанно удивился. Он почему-то думал, что бородач живет бобылем. Конечно, они не были настолько близки, чтобы показывать друг другу семейные фотографии, но в его представлении женатый человек выглядит иначе. Хотя, что он вообще знает о местных обычаях?
А Кройца действительно серьезно волновала неплатежеспособность отмеченного тенью огня. Раньше он не подозревал, что лицензия реагирует на отступления от устава. Сначала она начала нагреваться, а потом еще и вибрировать. Час назад специалист по срочной доставке в очередной раз виделся с Грайтом, и распорядитель вдруг почему-то потребовал предъявить документ. Деваться было некуда, Мишкин посредник достал бумагу, с ужасом заметив, что ее желтые оттенки сменились красными.
– Это выходит за всякие рамки! Кто позволил тебе заниматься благотворительностью? – отчитал начальник, словно лицензия успела пожаловаться на своего хозяина.
– Никакой благотворительности, – стал оправдываться Кройц. – Я работаю в кредит, а это штука выгодная. Вот увидите.
– Если через сутки ты не получишь деньги за свою работу, буду вынужден отобрать лицензию. Я не позволю, чтобы по твоей милости сгорел уникальный документ.
Бородач не стал рассказывать о тяжелом для себя разговоре, но Сомов и сам догадался, что ситуация паршивая. Мишка очень неловко чувствовал себя в роли должника – прямо хоть выходи на большую дорогу.
Сидевшая