Теща в подарок

действительно застал в квартире дружную пару. Прохор обзавелся вторым синяком, симметрично украсившим его левую скулу, а Люся стала еще мрачнее, чем прежде. Она обдирала остатки обоев в коридоре с таким видом, как будто сдирала кожу со своего злейшего врага. Во всяком случае, ремонт пошел своим чередом, а как говорил выдающийся сатирик, ремонт — это не процесс, а состояние. Его нельзя закончить, его можно только прекратить.

В один из дней, проходивших под знаком ремонта в Вениной квартире, образцовая ячейка общества в составе консьержкиной племянницы Люси и ее тщедушного спутника, двигалась в направлении своего рабочего места Прохор, спотыкаясь и тяжело вздыхая, тащил мешок с обоями и клеем, Люська подгоняла его, чередуя методы морального и физического воздействия.
— Двигайся, ты, урод беспозвоночный! приговаривала она, тыкая в сожителя толстым пальцем. — Послал же мне бог такого редкостного козлину! Этак мы и до вечера не доберемся! А нам еще работать надо, обои клеить, причем желательно мимо стены не промахнуться!
— А ты, Люся, могла бы в кои-то веки и войти в мое положение, — тяжело вздыхал Прохор, неуверенно переставляя ноги и придерживаясь за стену.
— С какой это радости?
— Знаешь ведь, как человек невыносимо страдает, ежели ему с утра не дать поправить здоровье.., а то ведь обои клеить — работа тонкая, а если у человека руки дрожат, очень трудно соблю.., собле.., соблюсти вертикальность!
— Нечего было с вечера нажираться, как свинья! — досадливо парировала Люся. — И где ты только, урод, раздобыл ее, проклятую…
— Природа — она свое возьмет! — солидно ответил Прохор, назидательно подняв палец.
Это было его ошибкой, так как незапланированное движение нарушило хрупкое равновесие его организма, и Прохор едва не свалился, рассыпав все свое производственное снаряжение. Люся с привычной ловкостью успела предотвратить катастрофу, подхватила Прохора за воротник и уверенно подтолкнула его к двери подъезда.
— Ну вот, урод полорогий, и добрались! проговорила она, прислонив сожителя к стене и собираясь позвонить в дверь.
Однако в этот самый момент к ней обратился незнакомый мужчина лет тридцати пяти, с приятной, но не запоминающейся наружностью, одетый в скромный, но очень аккуратный комбинезон.
— Пардон, мадам, — проговорил незнакомец, приложив ладонь к козырьку кепки-бейсболки с надписью «перевозка домашних животных». — Имею к вам исключительно деловое предложение.
— Какое еще предложение? — подозрительно уставилась на него Люся, которая и от рождения не страдала излишней доверчивостью, а под воздействием тяжелых житейских обстоятельств и невзгод привыкла ожидать от окружающих только подвоха и неприятностей.
— Предложение вот какое, — незнакомец, без всякого сомнения определив, кто принимает решения в этой сплоченной семье, зашуршал перед Люсиным носом новенькой зеленой купюрой с изображением американского президента. — Вы со своим верным другом и соратником отправляетесь по своим, без сомнения, важным и многочисленным делам, а я продолжаю начатый вами ремонт. И каждый день вплоть до завершения ремонта буду вам давать такую же красивую иностранную бумажку., как вам такое предложение?
Люся оказалась в очень сложном положении. С одной стороны, она хорошо усвоила простую и всем известную истину, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Причем, в особенности, это касается зеленого сыра.
Зеленого хрустящего сыра с портретом заокеанского президента. Но с другой стороны, она знала и еще одну поговорку: дают — бери. И вид новенькой купюры перед самым носом действовал на нее очень убедительно.
— А чего это вы такой добрый? — недоверчиво осведомилась Люся.
— А я бойскаут, — отозвался симпатичный незнакомец, и улыбнулся Люсе в тридцать два отлично отремонтированных зуба. — И должен каждый день совершать хорошие поступки.
— Чего? — недоверчиво переспросила женщина.
— Я работаю в крупной московской ремонтной фирме, — сообщил мужчина, несколько притушив улыбку. — И наша фирма хочет завоевать питерский рынок ремонта.., ну, и нам поэтому интересен каждый клиент! Мы за них боремся.., вплоть до самых необычных методов.
— А-а! — протянула Люська. Она ничего не поняла, но незнакомец хотя бы сказал что-то про выгоду и клиентов, а не про какие-то дурацкие «хорошие поступки». Опять же, хрустящая перед носом купюра гипнотизировала Люську и мешала ей как следует сосредоточиться.
Люська выхватила купюру у незнакомца и покосилась на своего осоловевшего сожителя.
— Ну, козлина, амнистия тебе вышла, не придется сегодня