The madness

на весь магазин, очередью перечёркивая пространство перед собой.
Теснота коридора в мгновение ока наполнилась вспышками дульного пламени, грохотом выстрелов, вонью горелого пороха и поднятой в воздух пылью.
Автомат у меня в руках замолчал — кончились патроны. Сменить магазин? Нет времени!
На ощупь нашёл рукоять перезаряжания дробовика и передёрнул затвор. Правой рукой рванул из кобуры пистолет, а левой продолжил удерживать автомат, используя пустой магазин в качестве рукоять и готовясь произвести ещё один картечный мини-залп.
Какое-то движение впереди?
Что-то с силой ударило меня прямо в грудь, моментально вышибив весь дух, и я наугад сделал несколько выстрелов вперёд…
А затем, спустя пару секунд, когда у всех кончились магазины и наступило временное затишье, я… Не увидел — скорее почувствовал, что впереди больше никого нет.
Пороховая гарь рассеялась, пыль улеглась, и впереди действительно обнаружилось пять неподвижных тел.
— Все целы? — первым делом осведомился я.
Чёрт, как же в ушах-то звенит… Выстрел из дробовика в закрытом помещении — штука беспощадная ко всем без разбора… Только кто-то отделывается временной глухотой, а кто-то ловит десяток свинцовых шариков за раз, и шум или его отсутствие такого индивидуума уже больше никогда не беспокоят.
После короткой переклички оказалось, что все стали малость глуховаты, но относительно целы. Не повезло только мне и Дойлу, поймавшим по пуле. Но хорошо, что в бронежилет и вскользь. Синяки будут, может, даже пара рёбер треснула, но это по большому счёту ерунда.
Я поднялся на ноги, перезарядил оружие и осторожно двинулся вперёд, держась левой стены коридора, на всякий случай ожидая появления ещё одной порции противников… Но нет, всё было тихо. Пока, по крайней мере.
Подошёл к телам врагов поближе, рассматривая их повнимательнее.
Твою мааать…
Потёртый и выцветший, но однозначно идентифицируемый камуфляж ACU PAT — стандартная армейская форма. Не старое шмотьё типа «шоколадных чипсов», которые в крайний раз использовали ещё в 91-м, а сейчас достали со складов и раздают иракской и американской нацгвардии…
Да хрен с ним, с камуфляжем — достаточно даже тупо посмотреть на стандартные таблички с именами и звания, и на бритые рожи неарабской национальности! И шевроны.
Джи-ай. Американские солдаты, мать их. Шеврон в виде скрещенных молний на фоне щита. 2-й пехотный полк. Сраные «штормовые стражи».
Один был без каски — ему пулей снесло полчерепа и отбросило к стене. Ещё двоих положили на месте. Другой, видимо, был ранен и попытался отползти и укрыться, но ему дважды попали в спину — и бронежилет не спас.
А вот того, которому я выпалил картечью прямо в грудь, броня спасла. Но хорошего было мало — с такого расстояния пластины пусть и не пробило, но сломанные кости и оторванные легкие — это не намного лучший вариант.
Паршиво. До паршивого паршиво. Ты только что круто облажался, брат.
— Сэр, да это же солдаты, — потрясённо произнёс Си Джей. — НАШИ солдаты.
— И НАШИ солдаты были готовы перестрелять всех нас, — на автомате огрызнулся я.
— Это была самооборона, — отчего-то без особой уверенности в голосе произнёс Юрай.
— Лично мне от этого не особо легче, — буркнул Дойл.
— И не должно быть, — сказал я. — Это ошибка.
— Очень хреновая ошибка, — сплюнул Си Джей.
— Я знаю, что мы облажались, но…
— Да не то слово. Скорее жидко обгадились по самые брови.
Я резко развернулся и схватил снайпера за воротник.
— Да я знаю, твою мать!.. — наёмник слегка захрипел, но попытки вырваться не сделал.
Впрочем, это было бы затруднительно — я был выше снайпера на полголовы и раза в полтора шире.
— Но если нарушаешь субординацию, то делай это с большим уважением, капрал, — я выпустил куртку Си Джея из захвата и отвернулся от него.
— Виноват, сэр…
— Вперёд.
Не сказал бы, что только что произошедшее вызвало у меня бурю эмоций. Но приятного всё равно было очень ма…
Да ни хрена приятного, если начистоту. Застрелиться от такого не хочется… и вообще почему это мне должно быть стыдно? Как пить дать, эти парни положили бы нас без всяких сантиментов. Если «стражи» сцепились с ЦРУ, то европейская рожа в арабском городе — это ни разу не индульгенция. Скорее даже наоборот — дополнительный стимул немедленно пристрелить непонятного козла с оружием…
Шум впереди.
Подземелье кончилось, и мы оказались перед выходом на нечто вроде внутреннего дворика или даже небольшой торговой площади среди бараков. Практически закончилась и буря, поэтому не она была источником шума.
Единственный более-менее