The madness

не отвечаешь, ноль-первый?
— М-мать, резервный канал попробуй.
— Ноль-первый, ноль-первый…
Рация Юрая неожиданно пискнула, и сейчас этот писк показался мне сейчас просто оглушительным.
Командир американцев повернулся в нашу сторону, а затем резко упал на землю и заорал:
— Враг на шесть часов! Огонь!
— Огонь! — заорал я, прежде по нам ударил самый настоящий ураган пуль.
— Это ж наши! — выкрикнул Си Джей.
— Не ответим — нас убьют!
Мы колебались совсем немного. И колебались далеко не все, потому как Юрай сразу же снял двумя точными выстрелами парня за крупнокалиберным пулемётом, как самого опасного из всех врагов. А Дойл моментально прижал огнём из пулемёта залегших «джи-ай».
Вот и конец всем посторонним мыслям…
Первые три пули я всадил в спину того негра-здоровяка, затем ранил в руку ещё одного солдата.
— Убейте их! Убейте! — надрывался командир противника.
— Граната!
Что-то полетело в нашу сторону, заставив нас разбежаться в стороны. Я ушёл перекатом влево, укрываясь за одним из самодельных прилавков. Невдалеке громыхнул взрыв.
— Вперёд! Уничтожьте их! Не давайте им высунуться!
Задолбал уже, говнюк…
Я быстро высунулся из-за укрытия, оценивая обстановку, а затем нырнул обратно. Высунулся с противоположной стороны и влепил короткую очередь по горластому командиру «джи-ай».
Одна из пуль попала ему в ногу, разворотив вместе с носком ботинка и стопу.
Американец заорал и неосторожно высунулся из укрытия.
Вторая пуля попала ему в плечо и опрокинула на землю, а ещё одна пробила шею, заставив его захлёбываться собственной кровью, лёжа на земле.
— Лейтенант ранен! — прокатился над крохотной площадью чей-то вопль. — Это предатели! Это ЦРУ!
— Вашу мать, мы не из ЦРУ! — прокричал в ответ Си Джей, не прекращая вести огонь. — Мы от командования! Мы пришли помочь!
— Убейте их!
Залёгший неподалёку от меня Юрай дёрнулся и с шипением схватился за плечо, куртку на котором начала пропитывать кровь.
— Вы, мать вашу, понимаете, что стреляете по своим?!
— Это ЦРУ! Не слушайте их!
— С флангов, с флангов обходи ЦРУ!
— МЫ НЕ ИЗ ЦРУ!
— Прикрывай!..
Противников оставалось шесть… Нет, семь, считая одного из раненых, который продолжал вести огонь. Местные уже давным-давно разбежались, что было очень разумно.
Трое, считая раненого — по центру, по паре слева и справа. И эти двойки попытались под прикрытием центровых взять нас в клещи…
Дойл прошёлся из пулемёта по правому флангу, заставив врага остановиться, а Си Джей снял одного солдата в центре.
И их осталось шесть…
— Юрай! — крикнул я. — Ранен?
— Я в норме! — в подтверждение своих слов наспех перевязавший руку Блазкович открыл огонь из карабина.
А мы в целом — как-то не особо…
Силы сравнялись, и на какой-то момент установилось равновесие — у «джи-ай» было шесть стволов против наших четырёх, но у нас был пулемётчик и снайпер. Но равновесие это длилось только бы ровно до того момента, пока к «штормовым стражам» не прибудет подкрепление. А оно прибудет — зуб даю.
— Юрай, выкуриваем их! — скомандовал я. — Си Джей, Дойл — наготове!
— Принято!
Я вытащил из подсумка гранату, выдернул чеку и метнул её вперёд. Следом полетела ещё одна граната.
Два взрыва громыхнули почти одновременно, изрешетив укрытие одной из пар противников вместе с ними. Остальные солдаты попытались отступить, на удивление не ответив нам ответными бросками гранат, и попали под сосредоточенный пулемётно-снайперский огонь.
По одному записали на свой счёт я, Дойл и Си Джей, в живых оставался всего один противник… А у меня как раз опустел очередной магазин. Ладно, им ещё займутся другие…
Невдалеке послышался рёв двигателя и лязг гусениц. С песчаного склона, погребающего под собой один из бараков по левому флангу, съехал М113 с американцем за турелью. Бронетранспортёр ткнулся носом в песок и застрял, а сидящий за пулемётом стрелок открыл огонь из «браунинга», превращая всё вокруг в сплошное решето. От пятидесятого калибра наши хлипкие укрытия никак не спасут.
БТР заставил спешно отступить остальных парней, что находились справа от меня, и американец за пулемётом начал переносить огонь в мою сторону. Да ещё и аппарель десантного отсека начала откидываться…
Я рванул вперёд, забрасывая практически бесполезный автомат за спину, и выхватывая пистолет. Трижды выстрелил, влепив одну из пуль точно под срез каски стрелка и заставив умолкнуть его «браунинг», а затем достал ещё одну гранату — предпоследнюю.
Размахнулся и закинул её прямо в