The madness

— просто конкретно эти боевики были то ли чеченцами, то ли ещё кем-то, кто нет-нет, а переходил время от времени на русскую речь в разговоре.
Я наблюдал за ними сквозь перила второго этажа, держа в руке длинный нож, который когда-то владел Хьюз.
За минувшее время я уже понял почему демоны пользовались лишь холодным оружием — в условиях бури оно надёжнее всего. Нет, я по привычке носил за спиной автомат, а в кобуре на бедре пистолет полковника, но ими не пользовался — мне вполне хватало и ножа. И плащ я себе сделал, как у демонов, оценив его удобство и маскировку.
Думаю, что демоны и есть подлинные «Storm Guardians» — «Штормовые стражи», «Стражи Бури», а не какой-то там сгинувший американский полк…
Итак, пятеро.
Двое у двери в хранилище, остальные — на ободранных диванах в центре зала. Убить всех? Можно. Если умеючи. Но сначала нужно отвлечь внимание…
В зале было много мебели и всяких там здоровенных горшков с засохшими цветами, чтобы я мог подобраться к входу и осторожно привязать тонкую прочную верёвку к засову, запирающему двери. Отойти на несколько метров, дёрнуть…
И впустить бурю внутрь.
Ворвавшиеся сквозь распахнутые двери вихри песка и ураганный ветер, заставил всех «танго» разом подскочить и вскинуть оружие в направление дверей. А я тем временем обошёл из с фланга и вышел за спину тем двоим, что стояли перед хранилищем.
Один стоял чуть позади. Ему я зажал рот рукой и всадил нож в спину, второй почувствовал позади себя какое-то движение и начала оборачиваться… Но я уже подскочил к нему, словно стальными тисками сжал горло и ударил клинком в глаз.
Рывок вперёд, перескакиваю через стойку и оказываюсь позади оставшейся троицы.
Один поворачивается ко мне — хватаю его автомат за цевью и дёргаю на себя. Боевик проваливается вперёд, ударом ноги ломаю ему колено и резким ударом ножа вспарываю горло.
Кувырок вперёд, выпрямляюсь, оказываясь вплотную к моей цели. Бью боевика локтём под дых и перебрасываю через себя, со всей силы швыряя на пол.
И тут же резко приседаю, пропуская над головой автоматную очередью.
Крутанулся на месте, подсекая ноги последнего «танго», и пинком выбиваю из его рук автомат. Но боевик неожиданно шустро и ловко вскакивает на ноги, выхватывая длинный кривой нож.
«Танго» стремительно рубанул клинком — я увернулся. Ещё удар — снова увернулся, оценивая скорость и навыки противника, а когда боевик нанёс третий удар, то сделал шаг вперёд и перехватил его руку с ножом. А затем ударил своим клинком, рассекая плоть под мышкой двумя ударами крест-накрест, а затем воткнул нож ему в горло.
Почувствовав движение позади, стремительно обернулся и ударом ноги выбил пистолет из руки пришедшего в себя «танго», а затем впечатал подошву ботинка прямо ему в лицо. Боевик отлетел назад, перевернулся на живот и попытался встать.
Я сделал несколько быстрых шагов вперёд, наступил ботинком на пальцы правой руки «танго» и ещё одним ударом ноги перевернул его на спину.
— Привет, Мовлади, — не удержался я, стянув со своего лица закрывающую его куфию. — Помнишь, как сдал «стражам» двух наёмников?
— Наёмник… — прохрипел боевик, пытаясь отползти от меня.
— Сейчас нет, — объяснил я.
— Нет, постой! Стой, американский солдат! Ты хотеть деньги? У меня есть! Деньги! Золото! Наёмник!.. Американский солдат!..
— Почти равнозначно… Но нет. Хотя… — я неожиданно перешёл на русский. — Можешь назвать меня младшим сержантом запаса Моргуновым.
В глазах боевика на мгновение мелькнуло искреннее и совершенно неподдельное изумление, а затем я одним ударом ноги сломал его горло.

60

За чужаками, появившимися в Эль-Кувейте я следил весь день.
Три здоровенных пятиосных грузовика «ошкош» в песчаной раскраске, забронированных, увешанных противокумулятивными решётками и оснащённых пулемётными башенками ан кабинах. Прямо скажем — зрелище не из частых. «Ошкошы» — это ведь просто очень здоровые тягачи, так что воевать на них себе дороже — чем больше сарай, тем легче заметить и попасть.
Однако такие монстры, да ещё и оснащённые шинами низкого давления вполне могли преодолеть по земле путь в Кувейт, пройдя там, где любая другая техника бы завязла…
Народу при грузовиках было много — усиленная рота приблизительно. Точнее посчитать не удавалось, потому как если эти чужаки не сидели внутри своих машин, то рассылали патрули по округе или разворачивали полевой лагерь, по которому постоянно шныряли с какой-то аппаратурой.
И, разумеется, это были американцы.
Но не армия. Человек двадцать вообще явно были гражданскими, лишь по недоразумению запакованными в камуфляж