The madness

нашли Дина. Мне неважно, сколько вы положили в процессе народа и как положили, но вы всё-таки нашли этого сукиного сына. Так что как насчёт того, чтобы поработать вместе со мной?
— Мы работаем на русских, — заметил Датч.
— Это ерунда. Я помогаю вам, вы помогаете мне. Контракт не трогаем — он остаётся вашим.
— Ну и от призовых часть вам пойдёт…
— Необязательно. Сейчас это больше вопрос престижа, громила.
— Датч, — поправил копа здоровяк.
— Да это по хрену. Короче, мне нужна голова этого мерзавца. Желательно вместе с туловищем и ещё кое-что соображающая., чтобы дожить до публичной казни. Но это должен быть именно Скульптор, а не первый попавшийся бродяга, которого вы найдёте в трущобах за бутылку дрянного рома.
— Что мы получаем взамен? — прагматично поинтересовался Датч.
— Во-первых — всю информацию на этого урода. Всё, что мы собрали за эти месяцы, и всё, что передали Тринити. А во-вторых, у меня в департаменте накопилось некоторое количество лицензий на убийства. Год спокойный выдался, почти четверть осталась невостребованной. Штук десять могу дать.
— Полсотни.
— Не борзей, панк. Двадцать, не больше. Или ты собрался устроить в городе небольшую войну?
— Поддержка полиции? — вставил Датч.
— Обойдётесь. Максимум, мои парни закроют глаза на небольшие прегрешения типа превышения скорости.
— И всё-таки это как-то… — протянул я.
— Подозрительно? — хмыкнул Фрей.
— Я бы сказал — до подозрительного подозрительно. На шефа полиции нападает приступ альтруизма пополам с идиотизмом, и он просит о помощи первых встречных…
— Отказываетесь? Ну и валите тогда отсюда.
— Нас интересуют ваши мотивы, — резонно заметил Датч. — Пока что всё действительно несколько странно. А мы не любим странностей. Очень не любим.
— Потому что странность легко может превратиться в опасность.
— Параноики в атаке, — хмыкнул Уолтер. — Хотя я вообще-то не люблю врать. Поэтому и не вру.
— Прям вообще? — усомнился я.
— Конечно. Никогда не вру.
— Ну, и что ты не соврал сейчас?
— Тринити не всесильна, — немного подумав, ответил коп. — Не всемогущ и я. И город этот — просто позолоченный комок грязи, внутри которого кровь и ржавые булавки. Поддерживать в нём порядок — та ещё морока. Особенно, когда объявляются залётные гастролёры абсолютно без тормозов. Казалось бы — Тортуга может осуществить любой каприз за ваши деньги. Даже самый безумный и кошмарный каприз. Убить с максимальной жестокостью? Да без проблем! Мы загнали безумие и насилие в резервации и не даём вырваться ему на городские улицы, но… Но ничего не можем поделать с безумием пришлым.
— Всё равно не слишком верится, что столько людей не могут поймать одного-единственного маньяка, — покачал головой Датч.
— И тем не менее. Этим городом правят наёмники, пираты и гангстеры. Здесь почти все в совершенстве умеют вести уличную войну, но уж никак не расследования или охоту. А это, я вам скажу — настоящая охота. Самый страшный зверь — тот, что на двух ногах и выглядит как человек.
— У вас действительно проблемы с охотниками, — кивнул я.
— Да, мать твою! — разозлился Фрей. — Думаете, я получаю удовольствие, распинаясь перед какими-то двумя придурками? Да чёрта с два! За вас говорит только поимка Дина и то, что с вами ведут дела русские. В противном случае я бы уже послал вас к дьяволу.
— Ладно, будем мы сотрудничать, — спокойно произнёс Датч.
— И нечего тут мне делать одолжения.
Мы завернули за угол коридора и вышли к двум массивным металлическим дверям, перед которыми, сидя на стуле, сладко посапывал полицейский.
Пребывающий не в лучшем расположении духа Фрей от души пнул копа по голени, отчего тот моментально проснулся и подскочил, как ужаленный.
— Минус пять… нет, минус десять процентов! — рявкнул Уолтер. — На неделю в патруль!
— Е-есть, сэр! — неуверенно рявкнул полицейский.
— Распустились тут у себя, крысы офисные… «Скала» — за мной!..
В морге было миленько — очень тихо и прохладно. Так и захотелось где-нибудь вздремнуть…
Однако, когда мы миновали смотровой (он же по совместительству — разделочный) зал, где были расположены несколько хирургических столов, шкафы с инструментами и прочее, и вошли в холодильник, стало как-то не до сна.
Всё-таки на улице — Карибы, тропики, температура в тридцать градусов по Цельсию… А здесь не больше восьми от силы. Есть от чего вздрогнуть и покрыться мурашками.
— По всякой конкретике — сколько тел, где нашли, кто нашёл, кто жертва — это к Энрико зайдёте потом. А сейчас я вам пару имеющихся у нас тел покажу и кое-какие мыслишки свои