The madness

вмятину, а священник в этот же момент двумя быстрыми движениями второго кукри распорол противнику живот и оперативно укрылся за лежащим на боку самосвалом.
— Отличная работа, ваше преподобие! — крикнул я, выглядывая из-за джипа и оценивая как близко продвинулись нападающие.
— Иди на хрен, сын мой!
И тут наконец-то прибыла сакраментальная кавалерия Конфедерации из-за холмов.
Просто — раз! И из всех улиц и переулков начали появляться полицейские машины и даже БТР в чёрно-белой окраске, которые ураганным огнём разнесли нападавших в кровавую пыль. Не спасла даже доморощенная броня кузовов самосвалов — крупнокалиберные пулемёты прошили её на раз.
В течение нескольких минут всё было кончено. И только после этого из департамента соизволил выгрестись Уолтер в сопровождении полудюжины полицейских с оружием и с укороченным автоматом наперевес.
Мы с светловолосым священником выбрались из укрытий и направились к своим напарникам. Почти одновременно подошёл и Фрей.
— Ну, и что это? — сварливо осведомился шеф полиции. — Что это была за комедия дель арте?
— Это риторический вопрос, — сообщил я всем собравшимся. — Ты чего это внутри сидел и молчал, пока мы тут воевали. Между прочим, за твою берлогу, а?
— Мне платят не за то, чтобы я был героем, а чтобы я делал свою работу, — парировал Фрей. — И, между прочим, вас ввязываться в перестрелку никто не просил, вот!
— Ага, по нам тут стрелять начали, а мы должны были молчать в ответ, так что ли? Разбежался! Моя полиция меня бережёт, только как-то паршиво бережёт — ажно самому беречься приходится.
— Вайс, не кипятись, — вмешался Датч, пряча револьверы и присаживаясь на корточки рядом с лежащей на земле девушкой. — Это ж из-за неё ты весь этот сыр-бор затеял?
Тьфу ты. Девка, точно же! Забыл уже…
— Да, из-за неё. Её не зацепило?
— Нет, ран у неё нет, — покачал головой здоровяк. — Правда и пульса тоже.
— Хочешь сказать, что она…
— Именно. Померла.
Ну, вот что за невезуха, а?
— Джонни, займись этими ребятами, — кивнул в нашу сторону одному из своих парней Фрей.
— Вы арестованы! — бодро рявкнул коп, наставляя на нас винтовку.
В следующий момент на него смотрело пять пистолетных стволов. То, что коллеги полицейского тоже взяли нас на прицел, казалось, ни меня с Датчем, ни священников не взволновало.
— Не вводи нас во искушение, сын мой, — добродушно произнёс длинноволосый.
— Гхм… Тогда задержаны.
— Джонни, если тебя убьют я не буду мстить, потому что ты идиот! — издали рявкнул Уолтер. — Святош опроси и отпусти, двое других головорезов пускай тоже дадут показания и катятся на все четыре стороны.
— Я бы хотел кое-что для начала прояснить, — я убрал «катлассы» и подошёл к лежащей на земле девушке.
— С удовольствием отвечу на любые ваши вопросы, — дружелюбно сказал Датч, нажимая на клавишу и откидывая в сторону барабан одного из револьверов. Раз, и на землю валятся золотистые гильзы, а здоровяк достаёт из одного из многочисленных карманов жилета специальную обойму для перезарядки.
— Он был незаряжен? — поинтересовался длинноволосый, убирая свой удлинённый «глок» под сутану.
— Зато я мог опустошить барабан второго всего за две секунды. Уверен, этому господину такого бы хватило с запасом.
— И то верно…

39

Беглый осмотр тела неизвестной показал следующее:
На вид — лет двадцати пяти, очень худая. Из одежды — свободная рубаха типа больничной. Отсутствует левый глаз, предположительно, удалённый хирургическим способом. Множественные ушибы и ссадины. Запястья и лодыжки носят следы связывания чем-то эластичным.
Кости правой руки носят следы многочисленных недавних переломов. Плохо заживших. На голове — следы от применения электрошока. Множественные следы от уколов на левой руке…
Беглянка из какой-нибудь больницы, вполне возможно даже подпольной по принудительному изъятию органов?
Но тогда на кой ляд у неё на груди выжжено какое-то замысловатое клеймо, а левая рука от пальцев до плеча покрыта вязью вырезанных прямо на коже символов?
— Эмм… Падре, отче или как вас там… — обратился я к стоящим рядом священникам, которые уже закончили давать показания полиции, но не торопились покидать место боя о чём-то негромко переговариваясь между собой.
— Отец Энрико, — вежливо представился длинноволосый, а затем указал на своего хмурого спутника. — Отец Аксель. Мы представляем на Тортуге церковь Святых Апокалипсиса.
Это не простые католики или лютеране, а что-то вроде воинствующих сектантов, учитывая пистолеты, ножи и гранаты. Логично, да…