Арен не остановится, сделает все, чтобы София покорилась его воле. Впрочем, он и раньше не собирался останавливаться, лишь она наивно верила, что сможет его остановить.
В шесть утра император принял ледяной душ, чтобы немного взбодриться — после бессонной ночи хотелось отменить к демонам все совещания и полдня проспать.
Зря он так и не лег, мог же усыпить себя ментально, это не сложно. Но спать не хотелось, вот он и не стал ложиться. Теперь-то хотелось, но. было поздно.
Слава Защитнику, Виктория не явилась ни посреди ночи, ни утром, и Арен спокойно поработал в кабинете, а затем, заскочив к жене, перенес их обоих в детскую, чтобы разбудить детей.
Виктории было грустно, она дулась и молчала. Арена это полностью устраивало, не хватало еще и с женой поссориться этим прекрасным утром, когда так хочется спать. А император был уверен — если Виктория скажет хоть слово, они точно поссорятся. Так было раньше и так будет всегда.
После завтрака жена ушла в оранжерею, а Арен вместе с Агатой и Александром стали ждать Софию, рассматривая большую книгу про животных. Некоторых — не слишком крупных, конечно, — император создавал иллюзорно, и они носились по детской, будто живые.
София вошла в комнату, когда посередине ковра сидела созданная Ареном черная пантера и вылизывала себе хвост. Маленькая аньян, увидев дикую кошку, застыла на пороге, с удивлением ее разглядывая.
Страшно Софии почему-то не было.
— Я думал, ты испугаешься, Софи, — сказал Арен, развеивая иллюзию, после того как девушка поздоровалась с ним и обняла детей.
— Я сразу поняла, что это иллюзия, ваше величество, — ответила она чуть хрипло. — Ну откуда в детской взяться пантере?
Эмоции Софии были теплыми, нежными, хоть и смущенными, но вот хриплый голос Арену совершенно не понравился.
— Ты простыла?
Она покраснела, и смущение усилилось.
— Нет. Я. просто немного не выспалась, ваше величество. Но не переживайте, я справлюсь, — ответила София, полыхая щеками, и Арену захотелось улыбнуться.
Значит, не спала, как и он.
И чему он, спрашивается, рад? Ей сегодня весь день с детьми сидеть.
— Если почувствуешь, что не выдерживаешь, сообщи. Что-нибудь придумаем.
Она кивнула, отводя взгляд.
— Не беспокойтесь, все будет в порядке.
София облизнула губы, и Арен одновременно со вспышкой желания — чьего? Его или ее? — ощутил, что она хочет пить и есть.
— Позавтракай, — сказал император строго и обратился к Агате с Александром: — Дети, задание вам: покормить Софи. В основном тебе, Алекс, Агата скоро отправится на учебу. Понял?
— Да, — важно кивнул сын. — Поколмлю. Софи, не завтлакать — нельзя! Это как чистить зубы по утлам. Надо, и все тут!
София и Агата засмеялись.
— Умница, — произнес Арен и погладил своего мальчика по голове. — Проследи, чтобы Софи все сделала правильно. А я побежал.
— Пока, пап, — хором попрощались с ним дети, и Арен, погасив в себе порыв прикоснуться к Софии, пошел к камину.
Пока Агата занималась с учителем, Александр тоже занимался, но не с Софией, а ею самой — выполняя указание отца, кормил свою аньян. Причем в прямом смысле кормил — с ложки.
— Давай поиглаем, — заявил он, когда слуги принесли для нее завтрак. — Я буду большой, а ты маленькая. И я буду тебя колмить.
— Давай, — согласилась София, повязывая салфетку вокруг шеи на манер слюнявчика.
Утром она действительно не поела, хотя в столовой была. Только выпила чай, немного поболтав с Мэл Руди. Последние дни служанка чуть повеселела, выяснив, что Ванесса и Анастасия возьмут ее с собой на море.
Да, кстати — получается, уезжают они завтра. Надо будет сегодня зайти к Анастасии, а то после покушения София с ней ни разу нормально не разговаривала, нехорошо.
После того как Александр деловито покормил свою аньян завтраком, они продолжили рассматривать книжку про животных, затем играли в магмобили, собирали мозаику, рисовали. И вот, наконец, почти перед самым обедом вернулась Агата, счастливая оттого, что уроки на сегодня закончились.
— А завтра у нас с Алексом верховая езда! — заявила она, подпрыгнув так, что волосы, заплетенные в косу, тоже подпрыгнули. — Это легче и приятнее!
— Замечательно, — согласилась София.
— Тебе тоже подберут лошадь, — продолжала Агата. — Чтобы ты с нами каталась! Ты умеешь, Софи?
— Умею.
— А что ты не умеешь? — спросила наследница заинтересованно. — Мне кажется, ты умеешь все!
— Что ты, я многого не умею, — улыбнулась София. — Например, заходить в огонь, как ваш папа.
— Это
