подтолкнул её ладонью в спину. Девушка шагнула вперёд и огляделась.
Не слишком большое помещение с четырьмя диванами из светлой кожи — на двух из них сидели женщины, и они были аристократками, — картинами на светлых стенах, большим шкафом, заполненном какими-то папками, и длинной высокой стойкой, за которой сидела строгая дама с седыми волосами, заколотыми в пучок.
Двери за вошедшей Софией закрылись с тихим стуком, и женщина подняла голову.
— Добрый день, — произнесла она невозмутимо, и на лице её нельзя была заметить даже тени каких-либо эмоций. — Присаживайтесь, куда хотите. Вас скоро позовут.
— Здравствуйте… — выдохнула София. Опустилась на ближайший диван — слава Защитнице, он был свободен, — и обвела глазами присутствующих.
Зря она это сделала. Аньян-аристократки смотрели на неё примерно так же, как смотрят на раздавленных мух — с лёгкой брезгливостью.
«И ведь наверняка у них есть родовая магия, в отличие от меня, — подумала София с тоской. — И возможно, у кого-то эта магия основана на умениях управляться с детьми… Почему бы и нет, я о подобной слышала…»
Она опустила голову, чтобы не встречаться с остальными взглядом. Только настроение себе портить. Закон-то, может, и принят, но презрительное отношение у аристократии к нетитулованным магам так быстро и просто из голов не выбьешь.
— Айла Тали, — услышала София голос той седой женщины, что сидела за стойкой, — заходите, вас ждут.
Она медленно поднялась, ощущая, как всё сильнее и сильнее дрожат колени. Дверь — вновь резная, и снова с золотым орлом, только парящим над Граагой, — была справа от неё. А что за ней?..
Что ж, сейчас она это увидит.
И София, глубоко вздохнув, взялась за ручку.
За дверью оказалась довольно-таки большая комната со множеством книжных шкафов из тёмно-вишневого дерева по стенам, светлым полом безо всякого ковра, блестящим настолько, что в нём отражалась окружающая обстановка. Под высоченным потолком висела длинная хрустальная люстра — не магическая, но очень красивая, словно сделанная изо льда. Прямо под ней полукругом стояли несколько диванов, обитых тёмно-коричневой кожей, а на них сидели двое детей — девочка лет семи и мальчик лет трёх. София скользнула по ним взглядом, подняла глаза — впереди было огромное окно во всю стену, за которым виднелась залитая ярким солнцем столица. Возле окна стоял письменный стол, кресло, а рядом с креслом по браслету связи разговаривал мужчина.
Софию залило паническим холодом, мгновенно сменившимся жаром в груди от смущения и волнения.
Она прекрасно знала, как именно выглядит император, и узнала его сразу.
— Винсент, назначьте собрание комиссии завтра на шесть вечера, — говорил его величество, и перед ним клубилось серое облачко — чья-то проекция, скрытая от посторонних глаз. — В крайнем случае — на семь. Состоится оно здесь, у меня в кабинете. Кроме пяти членов комиссии я прошу вас пригласить артефактора Рона Янга и заместителя главного врача Императорского госпиталя Эн Арманиус. Номера их браслетов возьмите у моего секретаря.
Несмотря на панику, София рассматривала императора во все глаза.
Такой же стройный и статный, каким он был на портретах в журналах и газетах, высокий и широкоплечий мужчина с тёмными волосами и очень красивым профилем. Софии тут же захотелось нарисовать этот профиль. Особенно прекрасен был нос — точёный, словно принадлежащий не живому человеку, а скульптуре.
Смуглую кожу на щеках и ладонях великолепно оттенял белый мундир с золотыми пуговицами — нет, она точно нарисует его, когда вернётся домой!
— Садитесь, — услышала София тихий детский голос и вновь посмотрела на детей. Говорила девочка. — Сейчас, папа уже скоро освободится.
«Папа…»
Защитница! Значит, перед ней принцесса Агата и принц Александр, дети императора.
София вздохнула, пытаясь унять волнение и, подойдя к тому же дивану, где сидели наследники, опустилась на сиденье рядом с ними.
Темноволосые и кареглазые Агата и Александр смотрели на неё вдумчиво и серьёзно, и София невольно отметила, что они оба безумно похожи на своего отца.
— Меня зовут София Тали, — сказала она так же негромко, как недавно Агата. — А как вас зовут, я знаю. Значит, это вам нужна аньян?
— Да, вы правильно поняли, Винсент, — донеслось справа, от окна, где по-прежнему стоял император. — Артефактор и врач, верно. Завтра узнаете.
— Нам, — Агата придвинулась чуть ближе к Софии, и Александр сделал то же самое. — Но пока нам никто не понравился.
Софии вдруг стало смешно, и она улыбнулась, ощущая, как постепенно растворяется страх.
В конце концов, чего бояться? Её здесь точно
