не съедят. Император, раз принял закон о ненаследственной передаче титулов, лояльно относится к не-аристократам, а дети… дети — это всегда дети, и неважно, какую фамилию они носят.
И эти ребятишки были почти такими же, как сотни других виденных Софией — если не считать слишком серьёзных и вдумчивых глаз.
— Значит, вы сами выбираете себе аньян? — сказала она весело. Наследники тоже улыбнулись — и оказалось, что у Агаты не хватает парочки верхних зубов. Эта щербатая улыбка уничтожила остатки страха, и Софию залило приятным теплом. — И как, много уже было кандидаток?
— Очень, — ответила Агата, а Александр согласно закивал. Интересно, он разговаривает? — Сначала нам мама аньян выбрала, но… Она была плохая. Мама выбрала другую, и опять… Поэтому за дело взялся папа. Вместе с нами. Он нам обещал, что возьмёт только ту аньян, которая всем понравится.
Император у окна вновь что-то говорил, но София уже не слушала, полностью переключившись на детей.
— Вы мне нравитесь, — сказала она совершенно искренне. — Но я не обижусь, если вы выберете не меня, честное слово. По правде говоря, я — не самая лучшая аньян для наследников.
— Почему? — спросили хором оба ребёнка. Ага, значит, Александр тоже разговаривает. Просто верховодит у них Агата.
— Ну я же не аристократка, а ваша аньян должна появляться вместе с вами на официальных церемониях. Не аристократка с наследниками — это немного странно. Честно говоря, я думала, что во дворец требуется аньян для детей слуг, а тут вон что оказалось…
— Ничего странного, — возразила Агата, замотав головой, и её брат сделал то же самое. Повторюшка. Значит, дети очень дружны между собой. — Папа говорит, что все мы — просто люди, только у каждого разные обязанности. Кто-то император, кто-то повар, но всех надо уважать.
София невольно покосилась на его величество, который, кажется, уже заканчивал разговор.
— А аристократизм или его отсутствие — это ерунда, и со временем она изживёт себя, — продолжала Агата. — Вот! Вы ведь знаете этикет, айла Тали?
— Конечно, — кивнула София, вновь переводя взгляд на детей. — Но я довольно-таки слабый маг, ваше высочество. Вам, наверное, нужна…
— Нам же требуется аньян, а не охранник, — вновь улыбнулась Агата своей щербатой улыбкой. И, вскинув голову на отца, который наконец повернулся к ним, завершив разговор, воскликнула: — Пап, мы хотим её!
Александр энергично закивал, а София так удивилась, что даже не испугалась.
Император поднял брови, улыбнувшись, и София, посмотрев на него, чуть вздрогнула — чёрные глаза с неестественно широкой радужкой выглядели очень странно и немного пугающе. Она знала, что у всех коронованных императоров глаза становились такими после коронации, да и на портретах видела, но оказалось, что в жизни это производит иное впечатление. И далеко не самое приятное.
Но это чувство быстро ушло, когда его величество, рассмеявшись, сказал:
— Однако, как много всего тут произошло, пока я говорил по браслету связи. Вы — София Тали, верно?
София кивнула, невольно нахмурившись — имя-то он откуда знает?..
Император словно услышал этот вопрос.
— Я попросил секретаря пригласить именно вас, потому что мы с детьми уже достаточно насмотрелись на аристократок. Вы первая из нетитулованных аньян, кто решился прийти во дворец. Агата, Александр… — Его величество посмотрел на детей, продолжая улыбаться. — Бегите к себе, а я пока побеседую с айлой Тали.
— По-взрослому? — уточнил Александр, чуть шепелявя, и Софии захотелось рассмеяться, но она сдержалась.
— Именно.
Дети синхронно кивнули, вскакивая с дивана и, взявшись за руки, пошли к выходу.
— Удачи, айла Тали! — сказала Агата уже на пороге, и Александр сразу повторил за ней:
— Да, удачи!
— Спасибо, — поблагодарила наследников София, не отрывая взгляда от императора, который сел на диван напротив неё.
Двигался его величество, как крупный хищник — плавно и скупо. Софии в который раз захотелось его нарисовать.
— Итак, айла Тали, — сказал он, как только дети вышли, и улыбка с его лица исчезла. Правда, оно при этом не стало недружелюбным. Император смотрел на Софию совершенно спокойно, даже бесстрастно. Но и ей так было гораздо легче. Если бы он улыбался ей, как своим детям, она бы чувствовала себя странно. — Я бы хотел задать вам несколько вопросов.
— Конечно, ваше величество.
— Сколько вам лет?
— Двадцать шесть.
— Где вы учились?
— В Граагском Институте прикладных наук. Специальность «дошкольное воспитание и образование». Я могу показать документы…
— Да, будьте любезны.
София полезла в сумку
