Тьма

полицию, — сказал Бишоп.
— Это вам не поможет, глупец! — Высокая скривила лицо в злобной усмешке. — Полиция не может причинить ему никакого вреда.
— Она права, — сказала медиум. — Ваше единственное спасение — это бегство. Любому оставалось бы только это.
— И все-таки я вызову полицию — хотя бы для того, чтобы забрали этих двоих.
— Слишком поздно, как вы не понимаете? — У высокой заблестели глаза, и она стала подниматься на ноги. — Она уже здесь. За окнами.
Рука, внезапно обвившаяся вокруг шеи Бишопа, была полной и на удивление сильной, а от удара коленом в поясницу он выгнулся дугой. Низкорослая потянулась к ножу.
Джессика попыталась за волосы оттащить ее от Бишопа, но это привело лишь к тому, что они оба потеряли равновесие и свалились на пол. Не имея возможности ослабить хватку вокруг шеи, Бишоп извивался, пытаясь выскользнуть из цепких рук женщины. Подняв согнутую руку, он резко послал локоть назад, глубоко погрузив его в жирную плоть. И повторил еще и еще раз, вложив в этот удар все свои силы. Женщина замолотила под ним ногами. Давление на горло стало ослабевать, и он возобновил свои усилия. Ему удалось повернуться, и оттого, что она не пожелала отпустить его шею и руку, нож полоснул низкорослую по ее мясистому бюсту. Из раны брызнула кровь, и она закричала.
Бишопу наконец удалось высвободиться, и он обернулся, ожидая нападения ее сообщницы. Но та исчезла.
Низкорослая вцепилась ногтями Бишопу в лицо, и он снова переключил внимание на извивающуюся под ним женщину. Вся ее грудь превратилась в липкое кровавое месиво, но она продолжала бороться, обнажая в оскале желтые испорченные зубы. Взгляд у нее помутился, а звуки, которые она издавала, походили на рычание взбесившейся собаки. Но рана истощала силы, и атаки стали постепенно ослабевать. Сбросив наконец с себя ее руки, Бишоп встал и без всякого сожаления посмотрел, как она царапает воздух.
— Крис! — Джессика схватила его за руку. — Бежим отсюда! Вызовем полицию откуда-нибудь из другого места!
— Слишком поздно, — без всякого выражения произнесла Эдит Метлок и посмотрела через плечо на стеклянную стену. — Она уже здесь.
Бишоп видел в темноте за стеной только их собственные отражения.
— О ком вы, черт возьми, говорите? — неожиданно для себя заорал он. — Там же ничего нет!
— Крис, — тихо сказал Кьюлек. — Проверьте, пожалуйста, заперта ли дверь. Джессика, включи поскорее в доме все лампы, в том числе и наружные.
Бишоп посмотрел на него, онемев от удивления.
— Сделайте, как он велел, — с нажимом сказала Джессика.
Она выбежала из комнаты, и Бишоп последовал за ней. Дверь на улицу была приоткрыта, но прежде, чем запереть ее, Бишоп всмотрелся в ночную тьму. Ему едва удалось разглядеть деревья вдоль узкой дорожки, ведущей к дому. Захлопнув и заперев дверь на засов, он столкнулся с Джессикой, включавшей свет в прихожей. Не останавливаясь, она пронеслась мимо Бишопа к лестнице, ведущей на верхний этаж. Бишоп последовал за ней.
— Сюда, Крис! — показала Джессика на одну из дверей, выходящих в коридор второго этажа, и скрылась в другой. Все еще недоумевая, Бишоп подчинился и зашел в большую L-образную спальню. Окна в этой части дома выходили на город, и он прикинул, что отсюда по ночам должно открываться ослепительное сияние уличных огней. Но сегодня в мерцающем свечении города появилось что-то странное. Огни мигали, готовые вот-вот затухнуть, затем снова вспыхивали. Такое впечатление, будто он смотрел на город через колеблемый ветром кружевной занавес. Это не напоминало туман, равномерно окутывающий все сероватой мглой; это была скорее переползающая с места на место чернильная тьма, прорезанная кое-где наиболее яркими огнями и приглушающая свет более отдаленных, поглощающая их яркость.
— Крис? — В комнату вошла Джессика. — Вы так и не включили свет.
Он показал на стеклянную стену:
— Что это, Джессика?
Вместо ответа она дернула шнур светильника, затем поспешно подошла к ночнику у кровати и тоже его включила. Быстро вышла из спальни, и Бишоп услышал, как она открыла следующую дверь. Он отправился за ней и поймал ее за руку, когда она выскочила из очередной комнаты.
— Джессика, вы должны наконец объяснить мне, что происходит.
— Неужели вы не понимаете? Это Тьма, это живое существо, Крис. Мы должны преградить ей путь.
— Включая свет?
— Это единственное, что мы можем сделать. Помните, как боролась с нею Эдит? Она инстинктивно чувствовала, что это — единственный способ.
— Но как Тьма может нам повредить?
— Она воздействует на людей. По-видимому, Тьма овладевает слабыми или порочными душами и каким-то образом приводит