Точка отсчета

став вдвое больше, на что ей потребовалось менее минуты. Билли глянул назад и увидел, что отступать в ту сторону было бы безнадежно: там находилась дверь, через которую они вошли, и, если позволить этому монстру загнать их в тот конец, он станет для них таковым в буквальном смысле слова.
Но на южной стороне помещения была закрытая дверь, встроенная во что-то вроде углубленных створ. Между ними и тем выходом было море пиявок, но сейчас оно двигалось ко все растущему монстру Маркусо королевы. Казалось, она не обращала внимания на их присутствие, стараясь вобрать в себя больше своих детей, раздуваясь до размеров Гаргантюа

; это преображение сопровождалось мягким звуком плещущегося движения жидкости.
— Южная дверь, — сказал Билли, понижая голос; они продолжали медленно отступать. Им нужно было действовать прямо сейчас и действовать быстро, потому что в противном случае у них не останется и шанса.
— А если заперто? — прошептала Ребекка в ответ.
— Придется рискнуть, — сказал он. — Я прикрою. На счет «три». Раз… Два… Три.
Ребекка, дернувшись, рванула к двери, а Билли открыл огонь, всаживая пули в гигантское, раздутое тело королевы. Она закричала, и в этом высоком вопле были все глубины боли и ненависти, несколько щупалец метнулись в его сторону с быстротой молнии.
Она схватила его ими и подняла в воздух. Билли уронил Магнум и никак не мог дотянуться до пистолета; королева дико трясла его, голова моталась вперед и назад, а руки были скованы жуткой силой этой твари. Ее щупальца обвились вокруг его груди, крепко сжав его, будто в тисках, так что он не мог и вдохнуть. Не прошло и нескольких секунд, как перед глазами поплыло, все вокруг завращалось с бешеной скоростью, расплываясь блестящими пятнами, переходящими в черный цвет.
Билли услышал выстрел из дробовика, и чудовище снова закричало; бросив его, королева развернулась к Ребекке, атаковавшей ее с другой стороны. Билли рухнул на пол. Не обращая внимания на боль, он пытался добраться до Магнума, а сотни пиявок уже ползли к нему; его напарница снова выстрелила, и тварюга пошла на нее, щупальца бились обо все вокруг.
Билли вскочил на ноги и увидел, что Ребекка стояла, повернувшись спиной к королеве. Второй раз она стреляла вовсе не в нее, но в пульт управления, стоявший рядом с южной дверью. Она снова выстрелила в него, в этот раз навалившись на дверь. Та открылась, но к этому моменту тварь почти добралась до девушки, и она была тяжелей его напарницы раза в два…
«…она же порвет ее, как бумажную куклу…»
— Эй! — закричал Билли, у него не было времени перезаряжать Магнум, ему нужно было быстро переключить внимание на себя…
…так что он скользнул к ближайшей волне из пиявок, и начал скакать по ним, топча и швыряя их так сильно, как только мог. Десятки мелких тварей разрывались, разбрызгивая кругом зловонную кровь и липкой массой расползаясь по полу, ботинки Билли стали мокрыми. Он танцевал на их умирающих телах, чувствуя какое-то жестокое, ничем не сдерживаемое удовлетворение; королева пиявок снова развернулась, завыв от горя.
Он увидел, что Ребекка прошла сквозь дверь, и на полсекунды успел порадоваться этому… а затем чудовище снова схватило его и, задыхаясь от слепой ярости, швырнуло через все огромное помещение. Билли врезался в дальнюю стену и только успел почувствовать хруст ребра, как рухнул вниз, больно ударившись о бетонный пол. Дыхание перехватило, но буквально через секунду он поднялся и побежал к заветной двери, пытаясь вдохнуть; под его ногами хлопали разрывающиеся пиявки.
Сейчас они с королевой были примерно на равном расстоянии от двери, и Билли видел, что ему не удастся добраться туда раньше нее, так что он взмолился про себя, прося все высшие силы только об одном: помочь Ребекке выбраться отсюда живой…
… и тут он увидел свою напарницу, но вовсе не за пределами южной двери; девушка успела пересечь половину помещения, и сейчас стояла, повернувшись спиной к центральной печи для сжигания отходов, и дробовик в ее руках был направлен на монстра. Билли понял, что она вернулась обратно в то время как гигантская тварь отвлеклась на швыряние его об стену.
Он закричал, говоря Ребекке вернуться назад к двери, но она проигнорировала его слова, стреляя в королеву, подбирающуюся к нему. После каждого выстрела из огромного тела вырывалась куча пиявок, но на каждую потерянную приходилась с полдюжины новых, присасывающихся к монстру. Наконец, на четвертом выстреле королева развернулась к ней: чудовище колебалось, словно не могло решить, кого стоит преследовать.