Никогда не садись за руль с похмелья, особенно ночью. Скользкая дорога обязательно подведет, не успеешь затормозить, и тогда… Можно сбить девушку и загреметь в… магический мир. Ну и что, что ты прошел Афганистан, ну и пусть от одной твоей улыбки враги цепенеют, и не важно, что ты мастер боевых искусств,— это все осталось на Земле, а в мире, где правят жрецы и маги, ты никто. Даже больше чем никто — ты становишься рабом той самой неудачно сбитой девушки-красавицы, которая оказывается верховной жрицей могущественной богини. Попробуй освободись! Как думаешь, получится? А если выйдет, сможешь отомстить? Герой вот пытается…
Авторы: Крабов Вадим
от похвалы, но очень сдержано:
— Подумаешь! — сказал делано-пренебрежительным тоном. Грация не выдержала и звонко рассмеялась:
— Да ты уже совсем взрослый!
Она управляла второй телегой. Андрей занял привычное место на единороге и ехал рядом с ней. Благо дорога позволяла. Изредка ходившие по улице женщины и дети, благоразумно обходили телеги с вооруженными людьми. Даже собаки облаивали незнакомцев весьма сдержано. Взрослые мужчины не встречались. Безработицы здесь, по-видимому, не было и пьянство не процветало.
В таверне «У Якоба» сразу пошли в обеденный зал, прихватив и мальчишку. Он не ломался. Налетевшие слуги пообещали позаботиться о животных, а следить за грузом, тяжело вздохнув, остался Андрей. Не все же Леону в конце концов, а Чик исключался априори:
— Не забудьте отправить мне разносчика, — напомнил начинающий маг, — непременно с горячим! Борка целиком съем!
Предводитель юных предпринимателей нашел Чика в номере. Они с Леоном, развалившись в креслах, отдыхали после сытного обеда. Грация с Дорофеем ушли на задний двор к Андрею. Он по-прежнему охранял золото, а мальчишку от единорогов теперь за уши не оттащишь. Умеют они привязывать к себе, эти умные животные.
— Где Малек? — первые слова, которые произнес старший подросток.
— На заднем дворе, не беспокойся. Жив — здоров, просто увлекся единорогами. Деньги у него, — ответил Чик.
— Хозяин, он же капитан одного корыта ждет за дверью, звать? — подросток поверил, успокоился и перешел к деловому тону.
— Конечно!
— Подожди, купец. Единорогов хоть сейчас заберут, а борков с телегами после погрузки. Я правильно рассудил?
— Совершенно верно. Выйдет из тебя толк!
— Уже вышел, — серьезно ответил пацан, — тогда я зову капитана и пошел за покупателями. Они хотят сами осмотреть товар.
— Не возражаю.
— Тогда пусть Малек у вас пока побудет, хорошо? — попросил юный предводитель, — и нашу долю за товар ему передайте.
— Согласен.
— Ты зови капитана, он, поди, уже ушел, — напомнил Леон.
— Не-е, — довольно улыбнулся пацан, — он из Тира и домой ему надо — край. И деньги нужны. Давно попутный груз ищет.
— Ух, ты! — Чик аж привстал, — откуда знаешь?
— Мои ребята много знают, везде ищут, где подработать! — гордо ответил он, — но не воруют, не подумайте лишнего!
— И в мыслях не было! — успокоил его Чик, — зови. Если сговоримся, то тебе, точнее вам, не семигекта, а целая гекта! — просто из уважения к нелегкому детскому труду сообразительных мальчишек. А так… согласится на любую цену, эти сведения командиру компаньонов постольку — поскольку.
Мальчишка просиял, но вышел без слов. Мол, так и должно быть.
Капитал выглядел типичным морским волком. Когда-то черная, теперь выгоревшая на солнце шевелюра, окладистая черная борода с легкой проседью, обветренное до красноты лицо, массивное кряжистое телосложение и зычный голос. Одет в крепкие парусиновые штаны, сапоги и коричневую кожаную тунику. На широком поясе висела, кроме непременного кинжала, короткая абордажная сабля. Чик впервые увидел в этом мире саблю. Они почему-то не пользовались популярностью.
— Господа во… купцы желаете попасть с грузом в Тир? — спросил после обычного приветствия. Оговорился случайно: какие из этих двоих купцы, типичные воины. Но раз хотят быть купцами — пожалуйста.
— Да, — ответил Чик, — у нас сорок талантов товара и единорог, — с Воронком ни за что не хотел расставаться, — нас четверо, включая женщину.
— Далор вас устроит? У меня фрахт туда и выйти намереваюсь в третью вечернюю четверть, это через две четверти. Вы готовы?
— Готовы. Сколько.
— Сто гект.
— Сколько!? — Чик и Леон возмутились вместе.
— Да за такие деньги мы вратами все перетаскаем! — от возмущенного баса Леона завибрировали стены.
Это блеф. Даже если груз абсолютно легальный, перетаскивание выльется в гораздо большую сумму. Так бы все и носили!
— Вот и таскайте, господа, мне спешить некуда. Заодно и единорога проведите, — чуть насмешливо ответил капитан.
— Спокойно, Леон, — успокоил друга Чик и повернулся к капитану, — а что же ты, если не спешишь, так скоро выходить собрался?
— Чтобы успеть засветло миновать выход из бухты. Это вы торопитесь, господа купцы.
— Присаживайся, капитан, — Чик вытащил стул, подождал, пока он, посомневавшись, сядет и сел сам, — тебя как зовут? Я — Чик.
— Тогда я Прим, — усмехнулся капитан. Что значит Первый.
— Так вот, Прим, слушай, — Чик был — само спокойствие, — Мы не торопимся, что бы ты ни думал, и ты можешь ждать до завтрашней третей вечерней четверти или послезавтрашней, но согласись, кто с тобой
