Никогда не садись за руль с похмелья, особенно ночью. Скользкая дорога обязательно подведет, не успеешь затормозить, и тогда… Можно сбить девушку и загреметь в… магический мир. Ну и что, что ты прошел Афганистан, ну и пусть от одной твоей улыбки враги цепенеют, и не важно, что ты мастер боевых искусств,— это все осталось на Земле, а в мире, где правят жрецы и маги, ты никто. Даже больше чем никто — ты становишься рабом той самой неудачно сбитой девушки-красавицы, которая оказывается верховной жрицей могущественной богини. Попробуй освободись! Как думаешь, получится? А если выйдет, сможешь отомстить? Герой вот пытается…
Авторы: Крабов Вадим
надо самой Пресветлой Лоос! Да ради неё они готовы на все, даже на смерть! Она легко договорится с Гелионом и любым другим Богом, хоть с варварским Одином. После смерти — заживем! Такой вот ребус-каламбур. «Ребятки» легко поверили в это всем сердцем.
Сгружались с повозки полностью просветленные.
— Стройся! — скомандовал Саргил.
Быстро построились.
— Цепочкой по одному, замыкающий Архип, за мой! Во имя Пресветлой, парни! — скомандовал, и решительно пересек границу Леса.
Граница выделялась четко. Обычные трава и кусты резко обрывались, и дальше начиналась Чужая земля. Внешне очень похожая зелень, но… чужая. Это ощущалось само собой, непонятно каким чувством задолго до приближения к черте. На фоне такого Леса Древо Лоос, несмотря на всю свою инаковость, казалось родным.
Жрица проводила «ребят» доброжелательным, любящим, обеспокоенным взглядом. Ей действительно было жаль молодых парней, она действительно испытывала к ним теплые чувства, но что поделаешь — надо. Таких «возниц» с редким для лоосок даром Любви орден использовал специально для «накачек» в операциях, где воины должны осознанно идти на смерть. Сама жрица это отлично осознавала, прекрасно понимала свою роль в Служении Пресветлой и гордилась ей.
Кафарское пятно одно из крупных. По преданию именно из него Великая Алексия вынесла плод Древа Жизни. Идеально круглое, как все пятна, в поперечнике достигало ста пятидесяти миль — целая страна. Что в нем происходит, не знал никто из людей. Астральные наблюдатели могли проникнуть не далее тридцати миль, а в самой удачной войне люди смогли углубиться в Лес на двадцать миль с юга пятна, со стороны Кафарского селения Броды. Редкие разведчики заходили на десять миль вглубь и все, дальше терра инкогнита. Земля неизвестная, если дословно с латыни или «неведомая земля», если литературно, но не будем хвастать эрудицией. Простите, уже похвастал.
Лес, как впрочем, и каганские Степи, не любили чужаков. Точнее не любили их Альганы с Каганами и как им удалось привить такое же чувство живым обитателям своих пятен, известно только богам и то сомнительно. По крайней мере, ни лооски, ни другие ордена в купе со своими жрецами такого не могли. Натравить животных еще можно, это умеют и Родящие, и Исцеляющие*, и чуть хуже Пронзающие (они используют силу Эфира, их покровитель — Эос, бог невидимого движения), но зверей нужно всегда держать под контролем, а чтобы так, всегда и сами — увольте. А как скажите на милость можно заставить шевелиться кусты, когда в них и шевелиться нечему? Одно слово — нелюди, и магия у них не человеческая.
Лооский наблюдатель, подмастерье ордена, Средняя жрица Рея находилась в астральном трансе. Её задача следить за участком Леса, отмечать действия и количество разведчиков, следить за скоплением тварей и предупреждать командование о внештатных ситуациях. За жрицами, собирающими разные полезности и самое главное цветы Лотоса, наблюдала другой наблюдатель с «говорящим» амулетом наготове. К ним внимание особое и у старших сборщиц амулет астральной связи в обязательном порядке всегда был наготове.
Эта большая операция повторялась одинаково из года в год. С утра в Лес подальше мест цветения Лотоса загоняли новоиспеченных рабов. В основном из провинившихся воинов, они дольше держались под натиском животных. Звери бежали к ним, как на вкусную приманку, освобождая места «сбора урожая». Места «загонов» специально подобраны так, чтобы чувствительности обитателей как раз хватало почувствовать чужаков из районов «месторождений» Лотоса. Довольные твари немного успокаивались и в это время шла вторая волна: разведчики-рекруты вперемешку с подготовленными рабами. На них звери реагировали менее охотно, но главное отвлекались, не возвращались к местам обитания и те могли сдерживать их довольно долго, не зря учили. А жрицы шустрили в Лесу, заходили туда с началом гибели рабов «первой волны». Их прикрытию, отрядам опытных разведчиков к сожаленью тоже хватало работы, и тоже опасной. Как ни выстраивай систему, идеальной она не получалась — жрицы, даже выпив специальных зелий, все равно тянули к себе жителей Леса сильнее, чем простой человек. Лес чувствовал их извращенную родную сущность, хотя и не так сильно, как у рабов. Сказывалось искусство орденских мастеров-алхимиков, маскирующие зелья глушили эманации Древа Лоос. Скорей всего, Альганам было плевать на какой-то там Лотос, иначе не проходили бы операции по «сбору урожая» из года в год довольно успешно. Их самих встречали редко, всегда случайно. Заканчивались встречи по-разному, но это другая история.
Одна пятерка рекрутов привлекла внимание Реи, мазнула какая-то неправильность. Стала внимательней
