Никогда не садись за руль с похмелья, особенно ночью. Скользкая дорога обязательно подведет, не успеешь затормозить, и тогда… Можно сбить девушку и загреметь в… магический мир. Ну и что, что ты прошел Афганистан, ну и пусть от одной твоей улыбки враги цепенеют, и не важно, что ты мастер боевых искусств,— это все осталось на Земле, а в мире, где правят жрецы и маги, ты никто. Даже больше чем никто — ты становишься рабом той самой неудачно сбитой девушки-красавицы, которая оказывается верховной жрицей могущественной богини. Попробуй освободись! Как думаешь, получится? А если выйдет, сможешь отомстить? Герой вот пытается…
Авторы: Крабов Вадим
Только об этом ни Чик, ни Андрей не подозревали.
Бывший землянин отвык размышлять о собственных странностях еще на Земле, после того боя в Афгане. Как он тогда поломал голову! Не могли цели сами «подсвечиваться», никак не могли. Додумался до экстасенсорики, сам же раскритиковал, в итоге в самом деле заработал головную боль и плюнул. Отложил, как водится «на потом», как впоследствии и случай в Лесу с избавлением от рабства. Не сказать, что совсем отказался от разгадки, будет собирать информацию откуда возможно, а пока просто жить. Решать проблемы по мере их возникновения.
— Четвертый вариант — поработать на достойного человека. Я Дигона имею в виду, — иронично добавил Андрей, — негоже разбрасываться ловкачами, вышедшими из Леса с добычей. В охране поработаешь? Без метки. Кеней тебя проверит. Предварительно он уже видел, как ты палкой по утрам машешь. Остался удовлетворен, но полон скепсиса.
— Я подумаю.
Чик делал зарядку по привычке, от нечего делать. Дигон пока терпел его безделье, ждал развернутого доклада от Андрея, а тот не торопился. Предложения, с одобрения купца, подбрасывал больше сам ученик, пытаясь подступиться к непонятному незнакомцу с разных сторон. Первые три предложения — явная чушь. Уйти куда вздумается с небольшой суммой денег, поступить в услужение с обязательной меткой (не рабом, что ты!) типа прописки, удостоверения личности и мизерной оплатой, и предпоследнее предложение: отправиться назад в пятно и добыть еще что-нибудь. Дигон обязательно купит и денег не пожалеет. Во всех вариантах бивни оставались у купца «на ответственном хранении», по-сути экспроприированными.
— А пока думаешь, предлагаю пройтись по храмам, может где-нибудь есть твой бог, поможет.
— Пойдем, — легко согласился Чик. Пора знакомиться с городом.
*Лепта — мелкая медная монета, аналог копейки.
Храмов в городе была масса. Мелких и крупных, посвященных всем двенадцати признанным богам. Чик с Андреем отправились в центральные, расположенные в отдельном храмовом комплексе. Семь центральных храмов на семи возвышенностях. Гелион, Лоос, Пирений, Эос, Эол, Гидрос, Гея, Эребус — наиболее почитаемые боги, покровители влиятельных орденов. В мифологии Геи черт ногу сломит. Правда, в отличие от земной античности никто не рожал от братьев-сестер-отцов, они как-то сами появлялись из собственных Сил. В древности, бывало, сходили на землю, об этом много свидетельств, но нынче забыли. Поддерживали Силой и следили за клятвами. По большей части это все, но могли и помочь своим верующим, чего-нибудь даровать. Например, вернуть память.
Исходили три храма и все без толку. Сильнее всего Чик волновался около Древа Лоос. Сам ничего не почувствовал и симпатяшки — лооски его не узнали. Слава богу, но пройти надо было. О потери памяти лооскам, естественно, не рассказали.
— Все, Чик, я устал. Пойдем, пожуем, выпьем. Тут неподалеку отличная корчма, — заявил Андрей после третьего храма, родного Гидроса. Деньги звенели в поясном кошеле, родня подкинула.
Как им досталось, лучше не задумываться. Земли у семейства Просперов не было. Кое-какие дома, слабая торговля, но в основном служили. С этих невеликих денег и поддерживали своего единственного склонного к Силе родственника.
Кабак оказался обширным. Была натуральная сцена, пустая в связи с дневным временем. По вечерам на ней выступали флейтист и гусляршик, популярные барды-сказители.
— Все, лооски от пятна ушли, другие наблюдатели вернулись, — сказал Андрей, почти насытившись, за чаркой неплохого вина.
— И что? Да пошли они. В пятно не вернусь. Не помню, как приложило, но ни в жизнь. Думаешь, приятно ничего не помнить?
— Да ладно тебе! Мне наплевать помнишь или нет, но ты благородный, я в этом почти уверился.
— А какая разница!
— По большому счету никакой, если не считать твоих бивней. Они по четыреста гект* каждый. Примерно, может дороже.
— В смысле?
— Чего одно по одному! Ну, ты даешь! Ты жив только из подозрения, что у твоей родни есть твой слепок. Наймут астральщика, обычно из Пронзающих, он твои следы до самой смерти проследит. Заметит, кто в момент её был рядом и… для Дигона ода пропета. Ясно?
— Но я еще жив!
— Значит, видят тебя со мной. Кто я — не знают, но при большом желании найти можно. Проследить, порасспрашивать. Но я убивать тебя не собираюсь! — и засмеялся. Чик блаженно улыбался.
— Только не знаю, как ваши Этруски следят за своими! — сквозь смех выдавил из себя Андрей. Сытость, вино, беззаботность —
