Никогда не садись за руль с похмелья, особенно ночью. Скользкая дорога обязательно подведет, не успеешь затормозить, и тогда… Можно сбить девушку и загреметь в… магический мир. Ну и что, что ты прошел Афганистан, ну и пусть от одной твоей улыбки враги цепенеют, и не важно, что ты мастер боевых искусств,— это все осталось на Земле, а в мире, где правят жрецы и маги, ты никто. Даже больше чем никто — ты становишься рабом той самой неудачно сбитой девушки-красавицы, которая оказывается верховной жрицей могущественной богини. Попробуй освободись! Как думаешь, получится? А если выйдет, сможешь отомстить? Герой вот пытается…
Авторы: Крабов Вадим
напряженное статус кво: есть «пятна», есть остальная Гея. Да и сами пришельцы подливали масла в огонь людской ненависти частыми войнами друг с другом. Им было плевать, на чьей земле они воюют, а предугадать когда и где состоится очередная стычка, оказалось практически невозможно. Люди вынужденно держали на границах «пятен» многочисленных наблюдателей с единственной целью — успеть эвакуировать население с места будущего сражения. Как ни странно, эти постоянные войны ни сколько не ослабевали надменных пришельцев.
Их культура, вера и большая часть магии до сих пор оставались для людей загадкой. Только из длительных наблюдений за войнами стало понятно, что расы ненавидят друг друга на самом глубинном уровне, впитывают ненависть с молоком матери, но в то же время не стремятся полностью уничтожить противника, а просто тренируют в междоусобицах молодняк. Что-то типа посвящения в воины. Зачем и почему — вопросы без ответа. Немногочисленные пленные Альганы и Каганы не открывали рта, в их мысли невозможно было залезть, а вскоре они умирали. Всегда, кроме редких случаев успешного порабощения Каганов жрицами Лоос и то это происходило фактически после смерти: рабы забывали все, кроме воинских навыков и естественно теряли способности к магии. А на Альганов сила исковерканного Древа Жизни не действовала даже после смерти, поэтому их поработить не удавалось. Надо сказать, что Альганы, что Каганы воинами были знатными. Раб — Каган уделывал почти любого людского воина — не мага и оружие у них было — загляденье.
Флорина встала в прекрасном расположении духа. Еще бы, она впервые побывала в другом мире! Пусть не в том, куда стремилась, пусть он был странным, совершенно без магии, но он был иным! Она выходила за пределы Геи!
Любовно оглядела себя в дорогущее стеклянное зеркало и осталась довольна. Древо Лоос продолжало хранить её. В семьдесят лет выглядеть на двадцать — дорогого стоит. Идеально сложенная фигура, упругая грудь с небольшими чувственными сосками, нежная бронзовая кожа, густые темные шелковистые волосы и большие, искрящиеся от отличного настроения зеленые глаза на идеально красивом лице. Игриво провела руками по мгновенно затвердевшим вишневым соскам и, едва сдерживая восторженный визг, сбежала по мраморным ступеням в бассейн. Чисто девчонка, а не Верховная жрица месхитопольского храма, самая влиятельная женщина Месхитинского царства, а поговаривают и всей Геи.
Утреннее купание — одно из немногих удовольствий, которое могла позволить себе Верховная жрица. К сожалению, верховное служение накладывает кучу запретов. Самый болезненный из них — запрет на мужчин. Как она отрывалась, когда была просто Старшей! Нет, лучше не вспоминать.
Вдоволь наплававшись, наигравшись в бурлящих пузырьках (в дне бассейна находился специальный воздуховод), Флорина позвонила в серебряный колокольчик. Молоденькая служка не заставила себя ждать. Красивая, как все лооски (значит Древо Лоос приняла будущую жрицу), лет четырнадцати — пятнадцати, еще чуточку нескладная, в черной тунике — первый год обучения. Белый пояс просто для красоты. В руках аккуратно свернутые белоснежные туники. Нижняя и верхняя.
«Бедная девочка», почему-то подумалось Флорине, «ты еще не поняла, на что обрекла себя. Хотя, причем здесь ты. Наверняка твои родители, бедные аристократы, избавились таким образом от бесприданницы. Богиня тебя приняла. К сожаленью». Нахмурившись собственным неприятным мыслям, Верховная ждала, когда заговорит служка.
Еще одно ограничение для Верховной — утром не заговаривать первой. Служка, похоже, об этом забыла. Такое настроение испортила, мерзавка!
«Да у тебя что, одни кавалеры на уме!?», мысли резко поменяли тональность. Жрица завелась, от мимолетной жалости не осталось и следа, «Сучка похотливая! Говори же! Правильно, что не познаешь ты радость материнства! Справедлива к таким как ты Пресветлая!», Флорина в злости не заметила, как выплеснула в мыслях свои сокровенные переживания.
Орден Родящих часто дразнили орденом «не родящих». Богиня забирала у своих жриц детородную силу, чтобы передать другим: людям, скоту, посевам. Или не передать, от настроения богини да усердия молящихся зависит. А еще жриц Лоос по праву обзывали шлюхами. Богиня приветствовала совокупления своих служительниц — вроде как плодородие надо осеменять. Вообще, про лоосок ходило много слухов, сплетен, анекдотов. Одно выражение «лоосская любовь» чего стоит! Любовь женщины к женщине, срам какой! А ведь под этим есть почва: некоторые Верховные не выдерживали, спали с молоденькими жрицами. Да и другие, рангом поменьше и без запретов — тоже бывало. Слишком
