Точка росы

вперед. Черемисов развернулся и встал за углом, у известного ему запасного выхода. Коротко поговорив с базой, он натянул оранжевый жилет дорожного рабочего, нахлобучил на голову пластиковую каску и прихватил ободранный металлический чемоданчик с надписью “Инструменты”. В ОПС считается, что подписанная тара вызывает меньше любопытства, чем неподписанная. Если, к примеру, на ящике с “ухом” написано “марокканские апельсины”, случайный прохожий обращает на нее меньше внимания.
Помня месторасположение офиса, Вовка взбежал на третий этаж, достал из кармана отвертку и принялся ковырять выключатель. Это тоже относится к разряду классики: человек, занятый делом, подобен подписанной коробке. Впрочем, после неудачи с чайником Морзик скромнее оценивал свои способности к технике и проводку не трогал, а ограничился лишь снятием крышки выключателя.
Молодой человек из “Красной шапочки” вскоре появился в противоположном конце коридора и неспешно прошел в офис. Кейса при нем не было. Прикинув устройство коммуникаций здания, Морзик поднялся этажом выше и вошел в помещение, расположенное над офисом Дудрилина.
– Меня тут эта… послали! – радостно улыбаясь, сообщил он сидевшим в помещении женщинам. – Вытяжку посмотреть. Дайте стульчик, пожалуйста.
Под одобрительными взглядами двух почтенных дам он постелил на стул газетку и лишь потом влез на него с ногами. Дотянувшись до вентиляционной решетки, Морзик проворно просунул в нее миниатюрную подслушку на длинной капроновой нити и по вентиляционной трубе опустил ее до уровня третьего этажа. Закрепив нитку незаметным узлом, он с довольным пыхтением слез со стула.
– У вас полный порядок!
– Спасибо, молодой человек, – сказала одна из дам. – Может быть, хотите чаю?
И едва она потянулась к электрическому чайнику, как свет на всем этаже погас, а на лестнице этажом ниже раздался отчаянный вопль:
– Какая сволочь сняла крышку с выключателя! Меня чуть не поджарило!!
Удивленно вздернув брови, Морзик отказался от чая и поспешно удалился через противоположный выход, сняв от греха подальше оранжевый жилет и пряча под мышкой дурацкую метростроевскую каску.
Потом сидел в машине, одев наушники от плеера, и слушал. Запись шла автоматически.
– Это должно было быть синим с красным, – раздался хрипловатый невыразительный женский голос.
– Очень красиво, – отозвался молодой мужчина.
– Ерунда! Ты продолжаешь подхалимничать. Я же велела тебе быть искренним!
– Прости, ты права, как всегда.
– Ну вот, опять… Запомни, ты от меня ничего не добьешься, если не будешь искренним. Вранья мне и так хватает. Я хочу искреннего чувства, понял?
Судя по всему, говорившие были одни и находились рядом друг с другом. Морзик устроился поудобнее.
– Это же прекрасно, когда люди искренне любят друг друга. Если ты не будешь искренним, я тебя брошу.
– Вот стерва! – прокомментировал в машине Морзик.
– Не волнуйся, – сказал мужчина. – Ты слишком нервничаешь. Это заметно.
– Ерунда! Вам, тупым мужикам, только кажется, что вы все понимаете. Дудрилин тоже говорил, что видит меня насквозь. Пакость очкастая!..
– Потерпи. Уже недолго осталось. Еще пару часов.
– Ты думаешь – у меня нет сердца?! Что я холодная жестокая стерва?! Ты это думаешь?!
– Ничего я не думаю! – раздраженно ответил мужчина. – Просто говорю – потерпи. В конце концов, ты сама все это затеяла.
– А ты почему орешь на меня? Ты кто такой, чтобы на меня орать?! Мальчик с Пальчик!
– Я не кричу на тебя. Могу уйти, если хочешь.
– Ой-ой-ой, какие мы гордые! Никуда ты не уйдешь… пока своего не добьешься. Я знаю, чего ты хочешь. И знаешь что? Меня это за-бав-ля-ет!
– Не хочу ссориться…
– Конечно, не хочешь. Тебе это невыгодно… Убери руки. Свою порцию ласки ты уже получил. Я – твоя хозяйка, между прочим!
– Я помню, – вздохнул мужчина.
Они довольно долго молчали. Складывалось впечатление, что они ждут какого-то события, телефонного звонка…
– Нам лучше сейчас быть где-нибудь на людях, – осторожно сказал мужчина.
– Да, и еще лучше – порознь! – фыркнула она.
– Можно и вместе, главное – на людях. В конце концов, я твой работник.
– Работник… маляр и плотник… Он тебе позвонит сразу после того?
– Сразу, как только сможет.
– Хорошо. Одевайся. Едем обедать. После твоих тисков есть хочется.
– Но это мои трусы…
– Я знаю. Я хочу, чтобы ты надел мои. Представляешь, какая будет хохма, когда тебя арестуют и приведут в камеру!
– Не смешно. Отдай!
– Одевай, я сказала! Я не шучу!
Женщина взвивалась при малейшей попытке перечить ей.
В наступившей