Точка росы

бумагу. Затем, подхватив букет обеими руками и прикрывая его от ветра, нервно пригладил волосы и вошел в двери под вывеской: “Туристическое агентство „Шар земной»”. Через полчаса он вновь появился на улице, уже без букета. Цветы несла его спутница, высокая и молодая, с приятным открытым лицом. Когда она улыбнулась, Морзик, прикрывающий от снега объектив фотоаппарата, пробормотал:
– Хоть ты и в женских трусах своей стервы – а я тебе завидую…
Автурханов увез прекрасную незнакомку в ночь, а Вовка Черемисов, пошатываясь от усталости, трясясь от холода, влез в машину и доложил обстановку Лерману.
– Куда тянут? – спросил довольный опер.
– Не знаю, – ответил Вовка, стуча зубами. – Я-то здесь торчу.
– Почему?! Зачем ты их отпустил?!
– Потому что все! Амба! Хватит на сегодня! – и пояснил устало: – У меня бензин кончился…

Начальник СКР <Служба контрразведки. > был сравнительно молодым человеком, с неброской, мало запоминающейся внешностью и тихим, спокойным голосом. Он не конфликтовал с генералом Ястребовым, как шумный и бескомпромиссный борец с терроризмом генерал Сидоров, и не дружил с ним, как начальник службы экономической безопасности генерал Щербаков. С коллегами его отношения были столь же ровны и спокойны, как и с руководством управления. Скромный вид, высокая сутулая фигура и невыразительный голос поначалу вводили шумных и уверенных в себе генералов в заблуждения, и на служебных совещаниях при обсуждении спорных вопросов новичка-контрразведчика перебивали, перекрикивали и засыпали неопровержимыми аргументами. Он спокойно дожидался своей очереди – и негромко, вкрадчиво приводил доводы столь непривычные, даже можно сказать, парадоксальные, рассматривал проблему под таким углом, что решение, неожиданное даже для руководства, принималось в его пользу, а его оппоненты об этом не сразу догадывались.
Проиграв подряд несколько административных схваток, начальники других служб стали внимательнее, осторожнее и признали в “падре Антонио” (шефа СКР звали Антон Юрьевич) исключительно проницательный ум, не подвластный ничьему влиянию, и дьявольский дар убеждения.
– Тьфу, начетчик, святоша – заговорил опять, запудрил мозги! – плевалась очередная жертва этого дара после неспешной и продолжительной беседы с “падре”. – Голос в ушах звучит до сих пор! Не понимаю, как я мог на это согласиться! Не хотел же – а согласился!
В результате служба СКР снабжалась лучше других служб, ее работников меньше отрывали от основных обязанностей, и штатные сокращения и пертурбации последних лет коснулись контрразведки в меньшей степени, чем других. И генерал Панин, и его первый зам Ястребов неоднократно, то в шутку, то всерьез обсуждали этот феномен, собираясь положить конец “привилегированности” контрразведчиков, но Антон Юрьевич держал ухо востро, умел вовремя отступить, поддаться и самым внезапным образом отыграть свое через неделю.
Когда на служебном совещании в дальнем от начальника конце стола поднималась его высокая тощая фигура и раздавался негромкий голос: “Вопрос, конечно, интересный”, – в кабинете слышались смешки, а объекты воздействия “падре” хмурились и слушали его контраргументы с невольным восхищением и уважением.
В этот раз решался вопрос распределения между службами тридцати защищенных каналов мобильной связи с выходом в базы данных ФСБ и МВД прямо с носимого аппарата. Группу активных действий из списка исключили сразу.
– Твоим орлам это ни к чему, – сказал нахмурившемуся Ярошевскому <См. роман Дм. Черкасова “Невидимки”. (Примеч. ред.) > генерал Ястребов. – Только отвлекает от тренировок.
– Дать один начальнику – и хватит, – небрежно предложил шеф службы собственной безопасности, желая хоть как-то выручить приятеля.
– Один, наверное, можно дать… – заколебался первый зам. – Вдруг на операции потребуется…
– Вопрос, конечно, интересный… – раздался унылый голос с дальнего конца длинного стола. – Но спорный. На всех операциях ГРАД сопровождает оперативный работник. Пусть у него и будет канал информации. А если дать каждому начальнику по каналу – то нас только в этом кабинете семнадцать человек, и это еще нет тыла, пресс-службы и самого генерала Панина.
Антон Юрьевич развел руками – и его жест повторил генерал Ястребов, посмотрел на шефа спецназа.
– Я предлагаю в первую голову снабдить каналами оперативно-поисковую службу. – “Падре”