Точка росы

контрольные закупки – со скрытым видеодокументированием, со свидетелями… Наш первый отдел участвовал.
– Ну и правильно, – сказала Людочка. – Может, посадят хоть кого-нибудь…
– Это вряд ли… – усмехнулся Морзик. – Возглавляет ревизию как раз организатор аферы. Только ребята сказали, что на него материалов пока нет. По документам он ни при чем, а виноваты бухгалтеры аптечных складов…
– Все равно хорошо. Скажу маме, что я мафию разоблачила!
Вовка прыснул в большой красный кулак. Люда полушутливо, полувсерьез задрала носик, поправила отрастающие волосы.
Пригревающее солнце заставило обоих расстегнуть куртки, снять вязаные шапчонки. Они стояли у своей машины на Гамбургской площади. Объект – молодой охранник из “Красной шапочки” – битый час пропадал в автомагазине напротив.
– Слышал – говорят, Константин Сергеевич от нас уходит? – спросила Людочка, наблюдая за красивыми молодыми девчонками, выпархивающими из собственных автомобилей и тоже спешащими в магазин для автолюбителей. – На повышение пойдет…
– На зам. начальника отдела, – кивнул Морзик. – Ребята-оперативники говорили.
– Жалко… А кто вместо него? Миша?
– Не… Старого не поставят. Он, бывает, чудит. Об этом все знают. Наверное, Киру поставят, – вздохнул Вовка.
– Это же хорошо! А ты так говоришь, будто жалеешь об этом!
– Она к мужикам безжалостная. Заездит нас…
– Ничего! Чтобы тебя заездить – много сил надо!
Она сунула руки в карманы, нахохлилась. Рядом с громадным Морзиком крепенькая Люда казалась задорным воробьем. Он с улыбкой посмотрел на нее сверху вниз.
– Что – замерзла? Давай в машине посидим. Вон, молния у твоей куртки разъехалась. Хочешь, замок поправлю?
Они забрались в салон. Вовка включил печку, запустил двигатель. Ловкими пальцами легко починил молнию на темной Людочкиной куртке – и почувствовал себя вполне комфортно, ни в чем перед ней не виноватым. Такова психология мужчины: ему легко оправдать себя.
Если бы Пушок была хитрее, как большинство представительниц слабого пола, она непременно бы начала нахваливать золотые руки Морзика и всячески льстить его грубому мужскому самолюбию. Но Люда в тонких вопросах обольщения мужчин оставалась прямолинейным валенком. Вовка, не получив законной дозы поощрения, несколько насупился, молча вылез из машины, без нужды открыл капот и стал разглядывать работающий на холостом ходу двигатель. Людочка выбралась вслед за ним.
– Как интересно машина устроена! И как непонятно! Неужели ты во всем этом разбираешься? – сделала она наконец правильный ход.
– А то! – решительно отвечал Морзик. – Вон воздушный фильтр, под ним – карбюратор, а в нем – экономайзер и этот… ускорительный насос… и еще всякая всячина…
Исчерпав запас знакомых терминов, он поскорее опустил крышку капота.
– Я вообще в машинах не силен. Это Миша в них разбирается, да еще Волан сек. Он как в машину садился, – сразу мог сказать, что в ней не так. Однажды даже отказался выезжать, вернул тачку в гараж.
– И правильно сделал. А то помнишь, как у нас двигатель прямо в лесу заглох? Ни связи, ни попуток… Как он теперь? Его еще не выписали?
– Выписали неделю назад. Сан Саныч Шубин ездил встречать – мы все на заданиях были. Говорит – сердце из половинок сшили. Может, к нам вернется, а может, и нет. Дима не пропадет, он головастый. Это я бестолковый… – и Вовка опять вздохнул.
Мягкое женокое сердце Пушка дрогнуло.
– Чего это ты бестолковый? Вовсе не бестолковый! Вон, замок мне починил…
– Замок – это ерунда. На этом жизни не построишь. Я ведь не буду всю жизнь разведчиком. Это так… на первое время. Я только не знаю пока, куда податься. Андрюха вон на юриста учится… Может, и мне пойти? Или в ГРАД податься? Там быстрей майора получу…
Людмилка пожала плечами.
– Пойди… А мне нравится у нас! Бегаешь за плохими, помогаешь хорошим… Все конкретно, как говорит мой братец. Да ты не расстраивайся! Ты нормальный парень, здоровый… Дай лучше закурить, я свои дома забыла.
– Сейчас, сейчас… погоди еще минуточку…
– Чего годить-то? Сигареты, что ли, жалко?
– Все! Засняли!
Морзик вынул руку из пакета с прорванной для объектива видеокамеры дыркой.
– Что засняли?!
Людочка обернулась, но увидела лишь, как захлопнулась дверца белой “тойоты”.
– Контакт засняли! – пояснил довольный Морзик. – А ты что думала – я с тобой болтаю?! Люд!.. Ты что – обиделась, что ли?
Пушок молча села в машину. Они потянули белую сияющую “тойоту” по городу.
– Он с каким-то мужиком вышел из магазина – я и заснял на всякий случай, – объяснял Морзик, постукивая подошвой ботинка