Томчин. Дилогия

корпуса, фактически, целой дивизии. Это было наше первое поражение от китайцев, и их численное превосходство нас не оправдывает.
Ни меня, ни Собутая. Наш промах в планировании кампании: недооценка сил и грамотности противника, непродуманность путей отхода. Вот такой я хороший полководец.
Летом все время мечтал сходить с сыном на рыбалку. Или его ко мне на озеро привезти, или самому вырваться – дней на двадцать домой съездить. Один он у меня. А я, в заботах о государстве, совсем с ним не бываю. Зимой разве, но сколько той зимы? Сначала итоги подбиваю, потом планы строю, а сыну – остатки? За что ему это? А если бы мой отец меня забросил, в академики рвался, выше головы хотел прыгнуть, комуто чтото доказать, а я его видел урывками? Мне же нормальное детство дали, я его своему сыну передать должен, не имею права растрачивать то, что сам получил. И мой папа мог сказать, что – все для науки, для прогресса человечества, цель бесконечно далеко. Не может маленький человек со взрослым спорить. Тем живет, что ему уделяют. Почему я его лишаю знания и понимания происходящего, он тоже человек другой эпохи, как и я, у него в том мире могилы деда и бабушки остались, там он тоже родной. Как случилось, что это происходит, и я ничего не могу исправить? И опять мне выбирать, мой сын или жизни сотен тысяч людей – только потому, что я не успел додумать.
Перевел несколько детских песен, которые вспомнил – так, по одномудва куплета. Сыну напел. Главное, в них мелодии бодрые, жизнерадостные, а текст постарался сохранить максимально добрым, хотя для некоторых слов аналогов просто не подобрать. Я же для чего стараюсь про себя порусски разговаривать и думать? Если совсем перейду на их язык – скоро и в остальном превращусь в «замшелое средневековье». Здесьто оно, пока, раннее, а я по возрасту, бесспорно, сразу в замшелое войду. Радует, что сын с первого раза мелодии ухватил, распевать начал. Такой музыки этот мир не слышал. Я еще потихоньку пытаюсь ему классический репертуар напевать, на ляляля. Он у меня вальс Шуберта поймал на слух c одного раза. Это в моем хрипе и шептании мелодию разобрал – какой талант! Не скажу, что абсолютная музыкальная память, но «Сентиментальный вальс» Чайковского продолжил на два такта дальше, чем я ему пропел. Я пошел по пути акынов, горлом мычал. И нравится ему это все, напевает теперь постоянно, радует отцовское сердце. У Есун и Люськи тоже очень хорошие голоса, оказывается. Но у Есун со слухом проблемы, или она опять над нами подсмеивается. И не поймать!
Эти каракитаи потому так называются, что государство их образовано беглыми из Китая киданями. Образовали новое государство, стали всех вокруг воевать, и так успешно, что даже хорезмшахи им дань выплачивали. Сильнейшая страна получилась. Круче всех стояла, пока Мухаммад в гору не попер. Он им корни и подрезал. Правящая верхушка в державе, каракитаи – так называемые неверные, а население в основном мусульманское. На этом все и построилось. Мухаммад дважды ходил освобождать единоверцев. Первый раз девять лет назад – неудачно, был разбит и сам попал в плен, но Самарканд до этого у них оттяпал.
Из плена бежал, долго занимался возникшими в его отсутствие проблемами. Подчинил Хорасан, взял Герат, почти уничтожил государство Гуридов и казнил его султана. И тут к нему каракитаи за данью приехали, по привычке, не помня зла, причиненного другим. У нас в этом мире все такие. Да и в том. Кто деньги любит. Налоговую инспекцию порубили на куски, у этих ребят всегда наглость зашкаливает. А каракитайскую армию, отправленную каракитайским гюрханом Елюем наказать злостного неплательщика, защитники истинной веры, при полной поддержке поголовно мусульманского населения раздолбали вдоль и поперек. Живые попали в плен. Вся область Мавераннахра отошла хорезмшаху, приказавшему разрушить многие города вокруг Ферганы. Это случилось шесть лет назад. Мухаммад после победы присвоил себе титул – «Второй Александр Македонский». Вот так невзначай узнаешь, что здесь и первый был.
И тут на сцене появляется наш дорогой Кучлук. Великолепный пловец, можно сказать – разрядник и бывший комсомольский работник, подобный тем, которые осваивали богатства одной страны после ее развала. Распада? Путаюсь. И – просто красавец! Явив свои прелести гюрхану Елюю и его дочери, он женился на них. На ней. Не важно. Со своей найманской бандой грабит подыхающую страну, пользуясь отсутствием разгромленной Мухаммадом армии – нет никого, чтобы дать ему в морду. Грабит не покомсомольски, а на коне и с мечом, поскольку университетов не кончал. Но результат от этого не изменился, Кучлуку удалось захватить почти все владения гюрхана. Формально гюрхан остался на престоле, фактически страной владеет и правит его советник Кучлук.