Томчин. Дилогия

их политики – женский. Нелогичный в чемто. Повоевала Си Ся года три с Цинь. По своему почину. Я мог приказать, есть такой пункт в нашем договоре, но – зачем, если сами инициативу проявили? Сами воевали, сами добычу получили. Молодцы. Но за все хорошее приходиться платить и Цинь, в прошлом году, пыталась изнасиловать Си Сю на полянке. Не получилось. Погналась Си Ся за обидчиком: может – костюм порвать хотела, может – плюнуть ему, гаду, в рожу, пока я его за руки держу. А обидчик развернулся на своей территории и ткнул Си Сю ножом в живот. Корпус тангутский под Динси положил. И мне в задницу нож воткнул, почти дивизию уничтожил. Какая у нас реакция должна быть? Разная? Я ошибки учел, новых допускать не собираюсь, воюю дальше. А Си Ся решила в переговоры за моей спиной с Цинь вступить, новый союз против меня создавать хочет. Как это в мужском обществе называется? Ладно, пусть будет – слабая женщина. Но, я бы добавил – на передок.
Самое смешное, что Цинь Си Се на встречу идти совсем не собирается. Си Ся, поженски, не в курсе, а надо бы разведку завести, чтобы сдуру серьезным людям под руку не гадить. Горит циньское сердце обидой на Си Сю, а разгром корпуса подтверждает сердцу, что все совсем не безнадежно. Не будь монголов, имела бы Си Ся проблемы на свою вздернутую задницу. В общем, хочет Си Ся иметь китайцев – будут ее иметь китайцы. Есть у меня такая Черная Армия, под командованием знаменитейшего уже в Китае генерала Ши Тяньсяна. Я бы сказал, что это пешие монголы, настолько мне не стыдно за ее боевые успехи. Раз китайцы, ребята, то их, естественно, много. Сто тысяч в этой Армии и пока она у Мухали месяца на три свободна. Связываться с ней никто не хочет. Сходит эта Черная Армия к столице Нинся и, еще разок, подпишет наш договор, раз память у Си Си такая короткая, девичья. А что такое сто тысяч китайцев на полях, когда они только едят и ни фига не работают, пусть Си Ся посмотрит. Если уж так, невтерпеж, пусть с империей Сун контачит. Та с удовольствием против Цинь хоть с чертом договор заключит. Места надо знать.
Самый неутомимый у нас в этом году – это император киданей Елюй. Его уже два раза корейцы били. Нашел себе человек развлечение: раз в полгода ходить бить корейцев. И никак ему этого сделать не удается, все наоборот получается. Бьют его корейцы и както потихому. Вроде и шума не слышно, битв гремящих, а ползет уже от границы Кореи Елюй, за спину держится. Или за голову, что у него там – ниже спины? Хоть бы письмо корейцам написал, объяснил, чего его туда к ним тянет? Может, они сами отдадут, а то ведь совсем уже на императора не похож, гладиатор травмированный, на нем заживать не успевает. А много раз битый император теряет почтение у своего народа и может умереть от профессиональной болезни вождей. Зарежут.
Прибыл наш дорогой товарищ Жуков – всеми любимый коллега Собутай. Хоть с коня сошел, а то и мне бы досталось. Ишь, как хочется о выполнении приказа доложить. Чувствуется, повоевал – гдето под тысячу народа не хватает.
Ладно, проблему с отщепенцами он решил, но при этом маленькую войну начал. Сыновей Токтоа догнал и уничтожил на реке Чуй. Приказ выполнил. На реке Иргиз куманы оказались недовольные. Не понравились им методы внушения Собутая, не благородно он себя повел. Это да, но мы его еще будем воспитывать. В общем, шутки шутками, а война у нас теперь с куманами. Побил их пару раз Собутай, а потом и они его разок побили. Тогда он домой поехал, от границы – далеко, решил возвратиться. А в оправдание говорит, что сам наши границы раздвинул, но показать, насколько, не может, карты нет. Так что придется нам по местам его похода Зучи сгонять, с его дивизией. Пусть посмотрит и объяснит, что наш славный генерал с ноль классами образования объяснить нам не может. Так вернее будет. А пока – пусть отдыхают. Нелегкое это дело: предателей истреблять и границы расширять.
И генерал Ши Тяньсян отчитался. Здесь все штатно. Взял несколько городов, осадил столицу Си Ся, провел переговоры, все им объяснил, переподписал договор и удалился. Сейчас отчитывается. Вот – все бы так. Где тут Собутай? Позовите, пускай послушает.
И аккуратный Мухали потихоньку город за городом у Цинь откусывает, городок за городком, тихо и не торопясь. Нормально ведет дела. На такого друга можно положиться.
Поздней осенью прибыл Зучи. Он дошел до мест, где Собутай разгромил меркитов, хотел двигаться дальше, но на него напала армия Мухаммада. Именно на него напала, боевые действия начались неожиданно. У Мухаммада было около сорока – пятидесяти тысяч, большинство пешие, легкая кавалерия. Не смотря на мой приказ не вступать в боестолкновения, Зучи ничего не мог сделать, войска было уже не расцепить, висели на плечах. Тогда он принял решение наступать, у него половина кавалерии тяжелая, рыцарская. В атаке