Торговец кофе

пустить ему кровь, голландец и так причинил много вреда. Никаких сомнений: Мигелю надо с этим покончить. Он не может жить в страхе, что его подстерегает какой-то сумасшедший.
Ему потребовалось еще несколько дней, чтобы обдумать план, но, едва созрев, тот показался Мигелю в равной мере жестоким и хитроумным. План предусматривал некоторые малоприятные вещи, но, поскольку речь шла о таком человеке, как Иоахим, этого было не избежать. Мигель с самого начала вел себя неправильно. Он пытался разговаривать с Иоахимом как со здравомыслящим, словно его можно было убедить разумными доводами, но снова и снова Иоахим демонстрировал, что не способен или не желает поступать как разумный человек. Мигель вспомнил рассказ об Очаровательном Петере, в котором бандит думает, как отомстить обманщику. Имея дело с врагом, превосходящим его в физической силе, Петер нанимает еще более опасного головореза для своей защиты.
В «Поющем карпе» ему сказали, что Гертруда не появлялась там в последние три-четыре дня, а это означало, что она могла уехать и пробыть в отъезде еще несколько дней. Хендрик часто ее сопровождал, но не всегда, а Мигелю вовсе не было нужды дожидаться ее возвращения. На самом деле, подумал он, так даже лучше. К чему Гертруде знать все его дела?
Большую часть дня он прочесывал таверны, где мог быть Хендрик. Он нашел его только под вечер. Хендрик сидел за столом в окружении своих суровых друзей и курил длинную трубку, вонявшую смесью старого табака и навоза. Хендрик как-то упоминал эту таверну, но Мигель и представить себе не мог, что когда-либо переступит порог подобного заведения. Он чувствовал у себя во рту вкус гниющего дерева, из которого были сделаны столы, на сыром полу лежала грязная солома. В задней части таверны группа мужчин с интересом наблюдала, как дерутся две крысы.
Увидев Мигеля, Хендрик отрывисто засмеялся и прошептал что-то своим друзьям, которые тоже загоготали.
— Да это, черт побери, Еврей собственной персоной. Хендрик неистово затянулся и выпустил огромные клубы дыма, будто надеясь, что они поглотят Мигеля.
— Я вас искал повсюду, — сказал Мигель. — Мне нужно поговорить с вами.
— Пейте, ребята! — крикнул Хендрик своим собутыльникам. — Я должен ненадолго выйти. У меня важная встреча, как видите.
Выйдя из таверны, Мигель чуть не задохнулся от вони дохлой рыбы, которую источал канал. В городе начиналась летняя жара, а вместе с нею и вонь. Он сделал глубокий вдох ртом и повел Хендрика к переулку, от которого исходил чуть более приятный запах земли и старого пива. Они вспугнули кота с грязной белой шерстью и разорванным ухом. Он открыл свою розовую пасть и зашипел на них. Хендрик зашипел в ответ, и кот скрылся в темноте.
— Моя хозяйка уехала, а я привык к тому, что, когда нет мадам Дамхёйс, нет и сеньора.
— Она снова отправилась в Антверпен, чтобы повидаться со своим адвокатом?
— Так все-таки вы искали ее? — Он дружески похлопал Мигеля по плечу.
— Я искал не ее. — Мигель бросил многозначительный взгляд. — Просто любопытствую.
— Ха! — засмеялся Хендрик. — Вы скрывали свое любопытство, не так ли, благочестивый Еврей? У нее множество секретов: от вас, от меня, от всех. Некоторые считают, что она проста, как хлеб с маслом, но она хранит свои секреты, чтобы люди не поняли, какая она на самом деле.
— Но вы знаете правду?
Он кивнул:
— Я знаю правду.
У Мигеля скопилось множество вопросов о своем партнере, на которые он и не надеялся получить ответы. Теперь же Хендрик намекнул, что любые ответы в пределах досягаемости. Но можно ли рассчитывать, что голландец не расскажет о вопросах Мигеля? Хендрик любил выпить, и все знали, что он болтун. Этот разговор — тому доказательство.
— Расскажите только то, что мадам сама рассказала бы мне, — наконец промолвил Мигель. — Не хочу выведывать секреты, которые она хочет сохранить.
— Я вижу, вы человек осторожный, — кивнул Хендрик. — Уважаю это. Вам нравится мадам, и вы не хотели бы вызвать ее недовольство. Но я думаю, она вам все равно будет нравиться, даже если вы узнаете правду. А правда довольно скучна, и мадам запросто могла бы сказать всем, куда и когда она уезжает. Посещение адвоката, или его сестры, или вдовы ее брата не такая уж большая тайна.
— Я вас не просил говорить мне всего этого.
— Но я решил сказать, — сказал Хендрик совершенно серьезно, — потому что люблю мадам Дамхёйс всем сердцем, но она может быть жестока. Ей нравится мучить мужчин. Ей нравится сводить их с ума, а когда они сгорают от желания, прогонять их. И ей также нравится, когда они сходят с ума от любопытства. Ей нравится держать в секрете самые тривиальные вещи, нравится, когда все шепотом произносят ее