Впервые на русском — новый роман автора уже полюбившихся российскому читателю интеллектуальных бестселлеров «Заговор бумаг» и «Ярмарка коррупции». Однако «Торговец кофе» повествует не о лондонских приключениях Бенджамина Уивера, но об амстердамских — его деда. Мигель Лиенсо — преуспевающий купец и биржевой деятель.
Авторы: Дэвид Лисс
чья глупость лишь еще больше разозлила бы его, но вместо прислуги увидел спускающуюся в подвал Ханну. У нее в руке была коптящая свеча, и она вглядывалась в тускло освещенную комнату.
— Вы здесь, сеньор? — тихо спросила она.
Мигель не знал, как ответить. Ханна никогда прежде не спускалась к нему в подвал, а в то, что она вошла без стука, он просто не мог поверить. Он мог быть раздет. Он вспомнил, что не закрыл дверь, и, возможно, Ханна увидела в этом знак готовности принять гостей. Он решил, что не допустит такой ошибки еще раз.
— Я здесь, сеньора. — Он поставил чашку с кофе и подошел к подножию лестницы. — Я вам нужен?
— Я почувствовала странный запах, — сказала она, спускаясь еще ниже. — Я хотела убедиться, что все в порядке.
Никакой запах, кроме пожара и рвоты, не мог вызвать подобной реакции. Виновником был, бесспорно, кофе. Получив кофейные зерна от Гертруды, Мигель привык к аромату кофе, но допускал, что новичку запах мог показаться странным.
— Ой, пол мокрый, — заметила Ханна. — Вы что-то разлили?
— Это вода из канала, сеньора. Наводнение бывает каждый вечер.
— Я знаю, — тихо сказала она. — Меня беспокоит, что вы можете заболеть.
— Я чувствую себя хорошо, сеньора. И лучше спать в сырости, чем в душной комнате без окон. Я справлялся у врача.
— Меня заинтересовал запах. — Она говорила сбивчиво, словно выпила слишком много вина.
Подумав, он решил, что говорит она как-то более свободно, раскрепощенно. Казалось, она хочет сказать что-то еще, но не может решиться. Он знал, что ей доставляет удовольствие его общество, что ей нравится коситься на него и болтать с ним. Но спускаться к нему в подвал — неужели она открыла в себе новые грани смелости?
— Не стоило беспокоиться, сеньора. Так пахнет всего лишь новый вид чая. Извините, что он вас побеспокоил.
— Новый вид чая! — вскрикнула она, словно именно это и хотела услышать.
Но Мигеля было трудно обмануть. Скорее, она увидела какую-то возможность. Ханна спустилась еще ниже и стояла теперь в нескольких дюймах от воды.
— Даниель говорит, что чай — это пустая трата денег, а я его обожаю.
Мигель заметил, что шарф, прикрывающий голову Ханны, немного сполз и из-под него выбился густой черный локон. Лишь недавно приобщившись к иудейским порядкам, она, вероятно, не чувствовала силу закона, воспрещающего замужней женщине показывать волосы какому-либо мужчине, кроме своего мужа. Когда Мигель только приехал в Амстердам, этот запрет показался ему странным, но теперь он настолько привык к нему, что едва ли был бы шокирован сильнее, обнажи она перед ним свою грудь, большую и представляющую для него явный интерес.
По правде сказать, эта прядь волос подействовала на него крайне возбуждающе.
— Быть может, вы захотите попробовать его как-нибудь, — сказал Мигель торопливо, что выдавало его неловкость.
Его бросило в жар и пульс участился. Он не мог отвести взгляда от этого локона. Он представлял, каким тот мог быть на ощупь — гладким и в то же время упругим. Он почти ощущал его запах. Знала ли она, что обнажила волосы? Едва ли. Он хотел как-то намекнуть, чтобы она могла исправить ошибку, до того как Даниель ее обнаружит, но если он скажет, что она сделала, это может напугать ее до смерти.
— Я с удовольствием угощу вас этим чаем как-нибудь в другой раз, — сказал он. — Надеюсь, вы закроете дверь, когда будете выходить.
Ханна поняла намек:
— Извините, что потревожила вас, сеньор.
Она стала подниматься по лестнице.
Он хотел позвать ее, сказать, что вовсе она его не потревожила. Он не мог позволить ей уйти, чувствуя себя глупо. Но он точно знал, что этого ему делать не следовало. Пусть чувствует себя глупо. Пусть не вздумает приходить еще раз. Ничего хорошего из этого не выйдет.
Мигель вернулся к письменному столу и допил напиток. Он не даст себе думать о ней. У него хватало других проблем, чтобы его терзали мысли о жене своего брата. Лучше подумать о том, как устранить Иоахима Вагенара.
Мигель не нашел никакого решения, хотя и не мог уснуть, размышляя над проблемой. Спустя несколько часов после того, как все в доме затихло, он проскользнул в мансарду к Аннетье и разбудил ее. Только доведя себя до полного бессилия, он наконец обрел покой.
Поскольку Мигель Лиенсо заинтересовался этим удивительным плодом, я встретился с ним в небольшой кофейной таверне в Плантаже, принадлежавшей турку, которого я называл Мустафой. Было это его настоящее имя или нет, я не знал. Так звали турка в пьесе, которую я как-то раз видел, и этот
