Травник

сделать? — озадачился я.
— Руль выверни и на газ не сильно дави, — криво улыбнулась она, подойдя по глине, которая доходит до середины икры к передку «Нивы».
Неужели мое зелье еще действует? Да быть того не может, но результат на лицо, точнее, на «Ниву», которую Лера сперва в колее развернула, а потом и на более-менее приемлемое место вытолкала.
— И почти не напряглась, — села она на пассажирское кресло, рядом со мной.
— Мама, ты такая сильная! — с восторгом и обожанием в голосе сказала Вика.
— Сама от себя в шоке, — заявила женщина и указала мне на дорогу: — Стас, мы чего стоим-то? Езжай, сам же говорил, что водить умеешь.
Молча включил передачу и осторожно повел внедорожник. Сейчас бандюки в Сомовку на своих тачках хрен проедут. Их джипы слишком большие и, насколько заметил, резина шоссейная и узкопрофильная.
— Так мое зелье еще действует или это то, чего ты никак не хотела, — осторожно спросил я.
— Похоже последнее, — усмехнулась Лера. — Но ты не прав.
— В чем? — поинтересовался, мысленно себя обругав, что сделал ее сильной.
Мог бы, например придумать что-то другое, например — пусть бы бабочками управляла, это и красиво и от капустниц в огороде избавилась бы.
— Никогда от дара не откажется ни один здравомыслящий человек, — она улыбнулась каким-то своим мыслям.
Не стал с ней вступать в спор, да еще и машина у нас опять забуксовала. В деревню приехали почти в полночь, Вика давно заснула, Лера вымазалась в глине с ног до головы. Мне же еще предстоит перетаскивать покупки и подключать оргтехнику и… перекусить, хотя ночью этого делать и не рекомендуется.
Больше всех любопытство в покупках проявил Барсик. Этот степенный кот побывал во всех пустых коробках, как котенок гонял по полу клочки пупырчатой упаковки. Иногда в себя приходил и делал вид, что проверяет то или иное, но не мог себя пересилить и с размаха прыгал на пленку радостно мяукая, когда под его лапами лопались небольшие шарики.
Настройка ноутбука не заняла много времени, как и установка нужных программ, всего-то пару часов потратил. А вот спутниковую антенну решил ставить завтра и надеяться на то, что сумею ее сориентировать на спутник. А еще необходимо наконец-то взяться непосредственно за дело и оборудовать где-то мастерскую-лабораторию. В доме ее размещать не вариант, но и далеко не хочу. Желательно построить небольшую хижину и свет туда провести. Н-да, планы, планы, но реализовать их не так-то просто. Все требует времени и, как ни печально, денег.
Только прилег, как моя тревожная сеть сообщила, что кто-то к нам в гости приперся. И как только проехали? Прохор-то на своем тракторе нас ночью не встретил, он находился в невменяемом состоянии, очень боялся заснуть и все время прикладывался к первачу.
С кровати соскочил и на улицу побежал, благо лег в одежде.
— Стас, ты это куда так спешишь? — спросила с вилами в руках Лера и похвасталась: — Теперь нанимать на тяжелую работу никого не придется, сама со всем управлюсь!
— Гости едут, — ответил ей. — Иди к Вике, сам переговорю.
— Еще чего! Или забыл, кто тут глава клана?! — возмутилась женщина.
— Но и ты не страдай амнезией! — усмехнулся я. — В твоем клане не числюсь!
— Это вопрос времени и документов, — отмахнулась та, а потом тихо добавила: — Да и не по мне занимать такую должность.
Спорить с ней не стал, уже вторая тревожная закладка сработала. В деревню кто-то въехал и ведь как быстро добрались!

Глава 12. НАЛАДКА
Никак не ожидал увидеть престижную машину, подъезжающую к нашим воротам. На кузове нет следов глины, а нам предстоит отмывать «Ниву», которая «по уши» ею измазана! Мало того, грязь на нашем внедорожнике засохла и предстоит помучиться. Даже догадываюсь кто удостоится чести махать тряпкой!
— Сильный одаренный, способный переместить машину по воздуху, — прокомментировала Лера.
Точно! И как это я такой момент упустил? Впрочем, если есть способности к земле, то они тоже позволят сделать подобное.
Тем временем, тачка остановилась и открылась дверь рядом с водителем и перед нами предстал господин Сергеев, являющийся мэром Ружева.
— Принесла нелегкая, — буркнула Лера.
— Не дергайся, — тихо ответил ей я.
Иван Степанович шумно вдохнул воздух и громко объявил:
— Эх, красота-то какая! А как дышится!
Он посмотрел на нас и усмехнулся:
— А где каравай? Ковровая дорожка?
— Песни и пляски, — усмехнулся я. — Плакаты и бурные овации, вспышки от фотоаппаратов, вопросы от репортеров.
— Можно и без шумихи, — согласился господин Сергеев, подходя и пристально нас рассматривая.