Третье правило дворянина

в таверну проникал свет и посмотрела что творится снаружи.
— Что там, Катя? — спросил я у нее и подошел поближе.
Богдан тем временем направился к окну, находившемуся на противоположной стене.
— Похоже мы в орочьей деревне, — сказала Салтыкова и отошла в сторону, предоставив и мне возможность полюбоваться окружающими видами.
Посмотреть было на что. Если это и была местная таверна или застава, то находилась она немного вдалеке от остальных строений. До ближайшего дома отсюда было не меньше ста шагов. Кстати, домов было немного — я насчитал пять. Недалеко от них в два ряда было выстроено с десяток знакомых гоблинских хижин. Позади жилых строений сразу же начинались скалистые горы. Вот и все, что я мог сказать, по крайней мере из моего окна больше видно не было.
— Богдан, что видишь интересного? — спросила у парня Василиса.
— Да ни хрена не вижу. Лес сплошной, — ответил он.
— Странно. Возле домов и хижин движения никакого нет, — констатировал я очевидный факт, который мне очень не нравился.
— Почему странно? — спросил Минин и заглянул в мое окно.
— Если это деревня, должно же быть здесь какое-то движение? Ну там, орчата и гоблины маленькие бегают… Козы какие-нибудь с курами, — пожал я плечами, припоминая Ветрово, где все время происходила какая-то суета на улицах. — Сейчас все это выглядит так, как будто здесь никто не живет.
— Как видишь живут, по крайней мере, вот эти ребята, — усмехнулась Салтыкова, поворачивая ботинком морду одного из орков. — И даже мечами машут. Интересно, как они здесь без стоматологов обходятся с такими клыками?
— Судя по запаху, им даже сортиры не нужны, тут где-то в угол ходят, — хохотнул Минин. — Думаю, они сами себе стоматологи. Интересно, если снаружи больше никого не видно, может быть они сами в этих домах и живут? Точнее, жили до нашего прихода…
— Ладно, нужно что-то делать, господа Мироходцы. Живут или не живут, будем выяснять опытным путем, — сказал я и поморщился. — Пора отсюда выметаться, если не хотим насквозь провонять местными ароматами или задохнуться здесь как крысы в банке.
Екатерина активировала Модуль, поигралась с масштабированием и сообщила:
— Пока на карте нет информации где находится камень смерти, так что нужно его искать.
— Я тебе об этом еще пять минут назад сказал, когда трофеи смотрел, — пробурчал Минин. — Никаких зеленых вопросов вокруг.
— Василиса, ты что-нибудь чувствуешь? — спросила у нее Екатерина.
Некромантка погладила амулет и улыбнулась.
— Да, эта штука никогда не подводит. Тепло есть, но нужную сторону пока не укажу — нужно осмотреться на местности.
— Значит выходим, чего тянуть? — сказал Богдан и закашлялся. — Соколов прав, я и в самом деле сейчас здесь сдохну. Запах тухлятины какой-то…
— Так пойдем или под «Невидимостью»? — спросил я, скорее у всех, чем у Екатерины, но смотрел при этом именно на нее — старшая все-таки, так что пусть принимает решение.
— Если что, то я думаю под «Невидимостью» будет надежнее, — на всякий случай обозначил свою позицию Минин.
В списке препаратов, которыми нас всех снабдили, у каждого из нас было по паре шприц-тюбиков «Невидимости», так что можно было подумать над этим вариантом. Тем более, что снаружи был ясный день и как только мы выйдем из этой таверны, нас сразу же увидят. При условии, что деревня обитаема, само собой.
— Колите препарат, так надежнее будет, — сказала Салтыкова и мы полезли в свои пояса. — Как только выходим, сразу в лес. Потом будем думать куда дальше двигать.
— Тосик, давай прячься, — сказал я, сделав себе укол. Плюшевый тем временем спрятался в Рюкзаке.
— Время пошло, — Екатерина толкнула дверь и мы, один за одним, покинули вонючую таверну.
Даже с учетом того, что дышать в этом мире было тяжелее, чем на Земле, по сравнению с таверной воздух снаружи показался нам свежим и приятным. Правда, каким-то совсем чужим, в пустынном мире такого чувства у меня не было.
Я окинул взглядом окрестности, но ответа на вопрос — живет здесь еще кто-то или нет, так и не получил. Вокруг было тихо. Складывалось ощущение, что если здесь кто-то и был, то все вдруг решили уйти.
Как оказалось, деревня находилась в окружении гор и леса. От таверны тянулась дорога, которая через десяток шагов разделялась на две. Одна уходила в сторону домов, другая в лес, где виднелась прогалина.
Один за одним мы гуськом пошли к лесу и вскоре скрылись в густых зарослях местных деревьев, которые были одновременно и похожи, и не похожи на наши. Забравшись вглубь на несколько десятков шагов, мы затаились и прислушались. Ничего подозрительного. Слышно было лишь пение птиц и шум листьев на ветру.
Выждав немного, мы потихоньку