Третье правило дворянина

Мы можем возвращаться или у тебя еще есть какие-то дела? — спросил я у некромантки, когда она подошла к нам. Она же говорила, что должна будет здесь еще кое-что проверить…
— Я уже справилась, не переживай, — ответила она. — Говорила же, что ничего страшного не будет.
— А еще говорила, что на обратном пути о своем дополнительном задании расскажешь, — сказал Минин.
— Ну мы же еще не на обратном пути? — задала вполне справедливый вопрос Соловьева.
— Ребята, в самом деле, пойдемте отсюда, а? Хватит с меня на сегодня, — сказала Екатерина и ее голос в этот момент совсем не был похож на командный.
В этот момент Минин активировал Модуль и разочарованно сообщил:
— Кстати, с этого Взломщика никакого трофея не выпало. Даже как-то обидно. С Черного Рыцаря ничего, с этого фиолетового осла тоже ничего… Как это понимать?
Василиса открыла рот, чтобы что-то сказать, но передумала. Жаль. Интересно было бы услышать, что она скажет на этот счет… Мне вот тоже не очень понятно, почему с нечисти в их родных мирах ничего не падает. Нужно будет как-нибудь спросить у нее на досуге, чего она не договаривает.
От моих размышлений меня вновь отвлек плач Салтыковой, которая подошла к Богдану и вновь залилась слезами. Да, нести Вешнякова под непрерывный плач Екатерины… Весьма печальная миссия. Прямо похоронная процессия какая-то… Но кому-то ведь нужно это делать.

Великое княжество Московское.
Москва.
Офис Заплатина.
В последнее время Тимофей Александрович уставал намного сильнее, чем это было раньше. С тех пор, как Соколов младший вернулся в Москву, все перевернулось с ног на голову. Его размеренный образ жизни, к которому он так привык за последние годы, был полностью разрушен всего за несколько недель.
Не то, чтобы перемены его как-то раздражали или злили, скорее наоборот — он был рад, что Владимир оказался деятельным молодым человеком, который с головой погрузился в вопросы, связанные с восстановлением былой славы рода. Но это была необычная суета, от которой он успел отвыкнуть.
Большую часть хлопот доставляла ему новая команда Владимира. Особенно начальник службы безопасности и финансист, которые совали свой нос во все, что только можно. Казалось, нет таких вопросов, которые были бы им неинтересны. Разумеется, для профессионалов своего дела подобный интерес вполне объясним, но все это забирало у него очень много сил и энергии.
Теперь Заплатин практически каждый вечер проводил в своем офисе в компании этих парней, которым даже сон был не нужен — на уме только дела, цифры и бесконечные вопросы. Вот и сегодняшний день не стал исключением, к тому моменту, когда он остался в офисе один, часы уже показывали без четверти девять вечера.
Но он был рад этому обстоятельству, так как обычно он не покидал свой офис раньше половины десятого. Ну а сегодня все сложилось в его пользу — Давыдов уехал в Рязань и донимал его только телефонными звонками, а Верховцев укатил от него еще в семь часов, так что нашлось время даже своими делами заняться.
Перед уходом, Тимофей Александрович, как обычно, просмотрел свой ежедневник — все ли планы на сегодня выполнены и не забыл ли он чего-нибудь важного? Нет, все нормально, можно отправляться домой с чистой совестью.
Он позвонил водителю, который в ожидании шефа сидел в приемной и вскоре в кабинет заглянул бородатый тип с заспанным лицом.
— Опять спал? — строго спросил Заплатин, который хоть и был вполне себе добродушным стариком, все-таки не любил, когда персонал позволяет себе всякие вольности, находясь на рабочем месте.
— Как можно, ваше благородие? Глаз не сомкнул, сижу вот, вас дожидаюсь, — соврал водитель и протер глаза.
— А чего морда заспанная?
— Так я…
— Допрыгаешься ты у меня! — погрозил ему кулаком Тимофей Александрович. — Отдам тебя на службу к Владимиру Михайловичу, там тебя вмиг перевоспитают.
На это водитель ничего не сказал, опасаясь, что старик и в самом деле может отдать его молодому Соколову, а этого никак не хотелось. Там персоналом, кроме всего прочего, еще и Верховцев занимается, а тот на расправу скор — может и по зубам съездить за между прочим.
— Ладно, на сегодня прощаю, — сменил гнев на милость Заплатин, не став омрачать неплохой в целом вечер развитием ситуации.
— Спасибо, ваше благородие, — поблагодарил его бородач.
— Иди грей машину. Только обогрев сидений включить не забудь — терпеть не могу в холодное садиться, — приказал старик и водитель убежал исполнять поручение.
Тимофей Александрович еще раз проверил бумаги