Третье правило дворянина

за свинство? Во всяком случае, он думал именно так, но вот не дали ему выйти на пенсию.
Что же, я хотел затеять возню в Великом Московском княжестве чуть позже, но не получилось. Придется кое-кому дать по роже в ответ, спускать с рук подобное я не собираюсь. Так или иначе, но он был моим человеком, а трогать своих людей безнаказанно я не позволю и мне без разницы кто это будет Заплатин или Варвара.
— Как это произошло? — спросил я.
— Его закололи ножом вчера вечером в собственном автомобиле. Это случилось возле офиса.
— Разумеется, свидетелей не нашлось?
— По моему опыту в подобных случаях свидетелей, как правило, не бывает, — ответил Леонид Александрович. — Его водитель тоже был убит, двигатель в машине работал до приезда жандармов… В общем, действовал профессионал. Мне еще нужно что-то добавить?
— Нет, я все понял.
— Наши действия? — спросил Верховцев.
Хороший вопрос. Но для ответа мне нужно немного подумать. Необходимо выбрать правильную стратегию, чтобы с одной стороны, не наломать дров сгоряча и с другой, нанести не менее болезненный удар.
— Сейчас половина пятого утра… Насколько я понял, вы уже не будете сегодня ложиться спать? — спросил я, глядя на Тосика, который свернулся клубочком рядом с моей кроватью и лишь иногда приоткрывал один глаз, намекая, чтобы я валил разговаривать в другое место и дал ему спокойно поспать.
— Нет.
— Тогда давайте встретимся в офисе Заплатина в восемь утра.
— Хорошо, — сказал Верховцев и отключился.
Пора заканчивать с этим бардаком и что-то делать со своим офисом, не могу же я вечно скитаться? Уже и Заплатина нет, а я до сих пор в его офисе встречи назначаю. Это хорошо, что у меня собственный ключ есть, а если бы не было? В ресторанах встречаться? Бред какой. Нужно сегодня разговаривать с Ермоловым — хватит ему раздумывать. Если нет, то пожелаю счастливого пути и отправлю обратно в Саратовское княжество к папеньке. Пусть своими купеческими делами занимается!
Внизу тихо хлопнула входная дверь, но я все равно ее услышал. В предрассветной тишине даже самый незначительный звук был слышен в доме очень хорошо.
Я спустился на первый этаж и прошел на кухню, откуда слышалась суета. Как оказалось, это явилась Бьянка, чтобы накормить меня завтраком, если у меня вдруг возникнет такое желание.
— Бонджорно, синьор барон Владимир, — сказала она, как только я вошел в комнату.
Вот интересно, они с Тосиком когда-нибудь запомнят, что я уже виконт или у них мозг примерно в одном и том же ритме работает?
— Доброго утра, Бьянка.
В комнате приятно пахло свежезаваренным кофе, который она принесла с собой. Какая молодец — обычно она готовила завтрак у меня в доме, если мне не требовалось нечто сверхсложное, а в этот раз все сделала у себя на кухне, чтобы лишний раз не досаждать звуками.
Я сел за стол и окинул взглядом еду на столе. Хамон, нежная ветчина со слезой на разрезе, буженина и ароматный хрустящий хлеб… Вроде бы ничего необычного, но мой желудок мгновенно напомнил мне о том, что я не ел уже целые сутки. Ну, значит не будем себе отказывать в столь малом.
Пока я сооружал себе сразу несколько бутербродов, итальянка налила мне кофе и собиралась было оставить меня одного, как я ее остановил.
— Бьянка, как там поживают мои гости?
— Синьор и синьорина Ермоловы? — уточнила она.
— Разумеется. Неужели у меня полное владение всяких разных гостей?
— Молто бене, синьор, — ответила она и глядя на выражение моего лица немедленно добавила. — Очьень хорошо, синьор барон Владимир. Правда синьорина очьень мало ест.
— Для синьорины это нормально. Значит так, Бьянка. У нас сегодня будет обед, приготовь что-нибудь вкусненькое, хорошо?
— Си, синьор.
— И пусть будет торт. Я люблю шоколадный, ты знаешь.
— Бене, синьор, — ответила она и оставила меня одного.
Больше мне никто не мешал. Я спокойно позавтракал, выпил несколько чашек кофе, которые помогли мне окончательно настроиться на работу, а затем пошел в кабинет. Нужно спокойно подумать.

Рабочий день у сотрудников Заплатина начинался с девяти часов утра, так что сегодня мы с Верховцевым были первыми, кто оказался в здании. Мы часто задерживались в его офисе до позднего вечера, но вот раньше начала рабочего дня лично я оказался здесь впервые. Непривычная тишина как-то неприятно давила — Тимофей Александрович любил придать дополнительное ускорение своим работникам, так что обычно здесь было повеселее.
В отличие от меня, Леонид Александрович никакого дискомфорта не испытывал. Он, как обычно, смотрел на меня своим холодным змеиным взглядом и лишь по блокноту в его руке можно