Третье правило дворянина

статься, что этот вариант будет намного дороже. Но при этом он намного интереснее и перспективнее. Терпеть не могу от кого-то зависеть, так что второй вариант мне подходит больше.
— Когда вы говорите «найти исполнителей», вы имеете в виду каких-нибудь бандитов? — уточнил я у него.
— Ваше сиятельство, такими делами добрые люди не занимаются.
— Не хочу зависеть от каких-нибудь подонков, — поморщился я. — Сегодня же начинайте заниматься поиском необходимых вам людей для создания собственного отдела. Оружие, транспорт — в общем не мне вас учить, делайте все, что необходимо.
— Хорошо, Владимир Михайлович, — кивнул Верховцев. — Непременно займусь этим вопросом.
— Что там по Рязани? С Давыдовым общались? — все-таки жизнь шла своим чередом, так что на повестке дня у меня не только страсти по Заплатину.
— Да, с Матвеем Всеволодовичем я вчера разговаривал несколько раз. И с нашим юристом Свиридовым тоже. Он, кстати, сегодня в обед вылетает туда — там возникли какие-то вопросы. Не буду вас обнадеживать пока все не проверю, но по его словам процесс идет в нужном нам направлении.
— Хорошо, — кивнул я. — Обнадеживать не нужно — терпеть не могу обманутых ожиданий, так что расскажете, когда будет чем хвастать. Вот еще что… У меня сегодня будет обед с тем самым парнем, которого вы уже пробивали. С купцом первой гильдии.
— Ермолов Петр Александрович? — уточнил Верховцев.
— Совершенно верно. Так вот — за обедом мы с ним будем обсуждать вопрос его директорства и у меня есть некоторые основания полагать, что он согласится.
— Насколько я понимаю, именно этого вы и хотели или что-то в ваших планах изменилось?
— Нет, ничего не изменилось. Пусть работает спокойно, если будет у него такое желание, но вот вам нужно будет кое-что сделать.
— Я внимательно слушаю.
— Найдите ему подходящую квартиру где-нибудь в хорошем районе. Она должна быть не слишком шикарной, но и не бедной. Пусть парню будет не стыдно принимать в гостях своих родителей, ну и вообще — директор моей главной компании не должен жить как бродяга.
— Понимаю, о чем вы говорите, — кивнул он.
— Вот и хорошо. Самое главное — сделайте так, чтобы вы и я знали о том, что происходит в этой квартире… Кто туда приходит, о чем говорят, может быть даже мы должны знать и о чем там думают, — Верховцев в этот момент улыбнулся, что было довольно удивительно — оказывается у него все-таки есть чувство юмора. — Как-то так складывается в жизни, что в последнее время у меня слишком развилась мания подозрительности.
— Я все понял, Владимир Михайлович. У меня даже уже есть кое-какие соображения на этот счет, — я тоже улыбнулся ему в ответ — как приятно иметь дело с умным человеком.
Леонид Александрович сделал еще одну пометку в своем блокноте и закрыл его.
— Я могу начинать работать? — спросил он.
— Нет. У меня к вам еще одно поручение, — я взял со стола Заплатина карандаш и постучал им по лакированному дереву. — В жандармерии Саратовского княжества есть информация насчет человека, которого зовут Виктор Ванг.
Верховцев вновь открыл свой блокнот, я подождал пока он закончит свои записи, после чего продолжил:
— По моим сведениям он китаец. Я думал заняться им немного позже, но раз уж события начали развиваться именно так…
— Хорошо, все выясню. Я должен еще что-то знать об этом человеке?
— Да. Вы должны знать, что этот человек является наемным убийцей и любит расправляться со своими жертвами при помощи артефактов. А еще вы должны знать, что однажды он приезжал в Саратов по просьбе герцогов и за моей жизнью, — в этот момент карандаш в моей руке хрустнул — видимо, я немного задумался и переломил его пополам. — Вот теперь, пожалуй, я закончил, можете начинать работать.

На обед я попал в чертовски скверном настроении, так что мне пришлось изрядно постараться, чтобы держать себя в руках и на ком-нибудь случайно не оторваться.
Виной всему была Екатерина Салтыкова, которой я позвонил по пути домой. Мне захотелось немного отвлечься от текущих проблем, которые свалились в последние дни, поэтому я пригласил ее на ужин. Учитывая наш последний разговор, мне почему-то показалось, что она и в самом деле кое-что поняла. Надо ли говорить, что я ошибался?
Дело даже не в том, что она хотела отдохнуть или что-то такое, нет — все гораздо прозаичнее. Как всегда, у нее была куча работы в Департаменте. После того, как вернулись все группы, без нее там совсем не могли обойтись.
Ну хорошо, допустим днем и в самом деле не могли, но вечером же нужно отдыхать, правильно? Кстати говоря, личную жизнь тоже никто не отменял или она и в самом деле считает, что я должен встречаться с ней