Третье правило дворянина

а если что-то непонятно — задавайте вопросы, не стесняйтесь.
— Вы сказали, что для проверки этой теории нам нужно будет попасть в какие-то конкретные порталы? — спросил Алексей.
— Ты все правильно понял, Минин, — ответил Гринев. — В связи с чем вопрос?
— Просто не хотелось бы слишком далеко уезжать, вот я и хотел узнать где именно они находятся.
— Можно сказать, что совсем рядом, так что не переживай, Минин, — успокоил его наш куратор. — Мы даже уже договорились с коллегами насчет того, что вы приедете. Так что вас встретят в самом лучшем виде, не стоит волноваться.
— Зачем нас встречать? — спросил я. — Мы вроде не маленькие, сами сможем разобраться.
— Если бы дело происходило в Российской империи, то безусловно смогли бы, я в этом даже не сомневаюсь. Но учитывая то, что вы полетите в Шотландию, будет лучше, если вас встретят.
— В Шотландию? — удивился Минин.
— Именно, — кивнул Гринев. — Если еще точнее — в Эдинбург.
Мы переглянулись и, судя по выражению лиц ребят, эта информация явно никого не обрадовала. Лететь черт знает куда, чтобы просто сходить в Портал — это такое себе удовольствие.
— Ближе ничего не смогли найти? — пробурчал Минин и погладил подбородок. — Теперь еще юбку в клеточку покупать… Зима за окном, между прочим! Так можно и отморозить чего-нибудь из нужного.
— Алексей Васильевич, выбирайте выражения, — усмехнулся аншеф.
— Кстати, ты хотел сказать — килт, — поправила его Салтыкова.
— В смысле? — насупился Минин.
— Предмет одежды, о котором ты говоришь, шотландцы называют килт, а не «юбка в клеточку», — поучительно сообщила ему Екатерина.
— Ну, мало ли как они его называют — юбка, она и есть юбка, чего тут обсуждать?

Великое Московское княжество.
Охотничье хозяйство «Лопатино».
Шел третий день с того момента, как Гаврила Степанович Унковский оккупировал самый большой гостевой дом в охотничьем хозяйстве Лопатино, что расположено всего в сотне километров от Москвы. За это время он успел настолько измучить персонал, что они уже дрожали, если слышали трубный голос маркиза, которым он безустанно раздавал различные указания.
Однако сегодня для них был небольшой праздник — к Унковскому пожаловал гость, после встречи с которым он намеревался покинуть «Лопатино».
Гостя звали Крестов Сергей Дмитриевич, который в определенных кругах был известен просто как Крест. Невысокий, полный, лысый — по внешнему виду и не сказать, что Сергей Дмитриевич являлся лидером довольно мощной московской криминальной группировки, которая так и называлась без особых затей — Крестовские.
Несмотря на то, что дорога до «Лопатино» заняла какое-то время, да и вообще Крест целый день ничего не ел — от ужина он отказался, чем весьма удивил Гаврилу Степановича. Судя по его прошлому опыту, обычно бандиты были не прочь хорошенько выпить и закусить, но вот оказывается были и исключения из правил.
Собственно, так оно и было на самом деле — Крест всегда выпивал и ел один. Была у него такая вот необычная странность. Лишь в самых исключительных случаях он позволял себе изменить своим привычкам, но сегодняшняя ситуация не попадала под категорию экстраординарных событий, поэтому он отказался даже не раздумывая.
В данный момент он сидел напротив не до конца еще пришедшего в себя после бурных излияний Унковского и рассматривал фотографии. Каждая из них была подписана, поэтому он время от времени заходил в интернет и что-то там смотрел.
Герцоги рекомендовали Унковскому Креста как очень надежного партнера, который если уж берется за какое-нибудь дело, как правило, доводит его до конца. В общем, репутация у него отменная, впрочем и расценки не маленькие.
Гаврила Степанович не считал себя бедным человеком, но даже у него глаз задергался, когда Крест озвучил цену вопроса. По двадцать пять тысяч за Давыдова, Свиридова и Ермолова, пятьдесят за Верховцева, а вот за Соколова бандит запросил целую сотню.
В целом, вся эта история должна была обойтись маркизу в весьма приличную сумму — двести двадцать пять тысяч. Унковский пил холодное пиво из запотевшего бокала и размышлял. Деньги просто громадные, так что здесь было над чем подумать.
Сумма эта у него была, но все равно как-то уж слишком крепко она звучала… Двести двадцать пять тысяч… Да за такие деньги можно не то, что пятерых человек уложить — полгорода в могилу свести!
Кстати сказать, герцоги тоже хороши — сказали, что если цена вопроса ему покажется слишком большой, то могут ссудить ему без процентов немного. Вот суки! Без процентов! Да они должны